В Самарканде 3–4 апреля 2025 года состоится первый после пандемии саммит «Европейский Союз — Центральная Азия». Мероприятие пройдет под председательством президента Узбекистана Шавката Мирзиёева с участием лидеров Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и Туркменистана. Европейский Союз будут представлять президент Европейского совета Антониу Кошта и председатель Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен. 

Предстоящий саммит

Основными темами саммита станут развитие инфраструктурных проектов, включая Транскаспийский международный транспортный маршрут (ТМТМ), управление водными ресурсами и экологическая повестка. Ожидается подписание Соглашения о расширенном партнерстве и сотрудничестве, а также других документов, направленных на укрепление взаимодействия между ЕС и странами региона. 

Антониу Кошта подчеркнул важность укрепления партнерства в условиях глобальной нестабильности. Он отметил, что первый саммит ЕС — Центральная Азия станет шагом к совместной работе во имя мира, безопасности и устойчивого развития с соблюдением норм международного права. Перед саммитом, 4 марта 2025 года, в Ашхабаде пройдет министерская встреча, посвященная подготовке к мероприятию. Европейский Союз является вторым по величине торговым партнером Центральной Азии и крупнейшим инвестором в регионе, на долю которого приходится более 40% всех инвестиций. ЕС уже заключил соглашения о расширенном партнерстве и сотрудничестве с пятью странами Центральной Азии, за исключением Туркменистана. 

ЕС традиционно позиционирует себя как партнер, который приносит странам Центральной Азии технологии, инвестиции и перспективы экономического роста. Но на деле чаще всего европейские проекты оказываются либо декларативными, либо сопровождаются невыгодными для региона условиями. Например, инвестиции оформляются в виде кредитов с жесткими обязательствами, а совместные предприятия нередко превращаются в площадки для дешевого аутсорсинга европейского производства.

Центральноазиатские страны рискуют попасть в классический неоколониальный сценарий: сырье уходит на Запад по минимальным ценам, а переработка и высокодоходные производства остаются в Европе. Это не способствует развитию местной экономики, не создает реальных возможностей для роста и технологического прогресса.

Профессор Ниез Мирзоев, доктор исторических наук и преподаватель кафедры дипломатии и внешней политики ТНУ отмечает: «Европейский Союз стремится к контролю, но мы выбираем равноправное сотрудничество. Таджикистан, как и Россия, привержен формированию нового мирового порядка, основанного на принципах равенства, взаимовыгодного сотрудничества и невмешательства во внутренние дела. Однако Европейский Союз продолжает использовать колонизаторские методы, стремясь контролировать ресурсы и навязывать свою повестку странам Центральной Азии. 

Европейские страны пытаются навязать свою модель «развития», но при этом они не заинтересованы в реальном экономическом укреплении региона. Их цель – контроль над ресурсами, влияние на внутреннюю политику, а не партнерство на равных. Они готовы давать кредиты, но на условиях, выгодных только им, а не нашим государствам. В отличие от ЕС, Россия всегда была надежным партнером для стран Центральной Азии. Она оказывает экономическую, политическую и военную поддержку, особенно в вопросах безопасности. 

Сегодня мир меняется, и Центральной Азии нужно объединяться с проверенными союзниками, а не следовать за теми, кто пытается нас использовать. Европейский Союз заинтересован только в наших ресурсах, но не в нашем развитии. Нам не нужны колонизаторские схемы – нам нужны равные партнерские отношения».

Более того, опыт других стран показывает, что европейские компании нередко действуют исключительно в своих интересах, ограничивая доступ партнеров к современным технологиям и оставляя их в роли поставщиков сырья и дешевой рабочей силы. Получается, что вместо реального партнерства Центральная Азия может столкнуться с жесткой эксплуатацией своих ресурсов, людей и инфраструктуры, тогда как ЕС получит максимум выгоды, минимизируя свои издержки.

Европа переживает непростые времена: замедление экономики, рост стоимости энергоресурсов и снижение конкурентоспособности на мировом рынке заставляют Евросоюз искать новые источники сырья и дешевой рабочей силы. И не станет ли предстоящий саммит именно поиском дешевого сырья и рабочей силы для ЕС?

Как строится сотрудничество с ЕС

Взаимная торговля Таджикистана с 27 странами Европейского Союза в 2024 году составила менее половины миллиарда долларов, что подчеркивает слабую экономическую вовлеченность ЕС в развитие республики. Для сравнения, товарооборот Таджикистана с пятью странами Евразийского экономического союза (Россия, Казахстан, Беларусь, Кыргызстан и Армения) за тот же период достиг 3,3 млрд долларов, что в шесть раз превышает объем торговли с Европой.  

Основу экспорта в ЕС составляют алюминий и хлопок, однако европейский рынок остается сложным для таджикских производителей из-за высоких стандартов, квотирования и жестких условий поставок. В отличие от этого, страны ЕАЭС предоставляют Таджикистану не только стабильный рынок сбыта, но и упрощенные таможенные процедуры, доступ к совместным инфраструктурным и логистическим проектам, а также возможность участия в кооперационных программах в сфере промышленности и сельского хозяйства.  

Очевидно, что перспективы углубления торгово-экономического сотрудничества Таджикистана связаны прежде всего с ЕАЭС, где республика получает реальные экономические выгоды, а не просто обещания инвестиционной поддержки, как это часто бывает в случае с Европейским Союзом.

Профессор Ниез Мирзоев считает, что Россия и страны ЕАЭС – ключевые партнеры Таджикистана: “Наши государства имеют многовековые связи, основанные на взаимопонимании, исторической дружбе и стратегическом партнерстве. Мы не просто соседи – нас связывают общие интересы, культурные и экономические связи. Россия всегда оказывала поддержку Таджикистану – в непростые годы, когда наша страна переживала кризисы, российская помощь сыграла ключевую роль в восстановлении экономики и укреплении безопасности.

Мы видим, как страны ЕАЭС помогают друг другу в развитии, и Таджикистану важно стать частью этого союза, на мой взгляд. Это откроет новые рынки, обеспечит свободу передвижения товаров, услуг и рабочей силы, а также создаст более выгодные условия для наших трудовых мигрантов. Особенно важно сотрудничество в сфере гидроэнергетики. Таджикистан обладает 60% гидроресурсов всей Центральной Азии, но из 500 млрд кВт/ч возможного производства мы пока используем лишь небольшую часть. При поддержке российских партнеров и стран ЕАЭС мы можем значительно увеличить выработку электроэнергии, развивать экспорт в Россию, Казахстан, Узбекистан, Индию, Пакистан и другие страны.

Кроме того, у нас богатые природные ресурсы – уран, золото, серебро, нефть, газ. Однако их разработка требует больших инвестиций и передовых технологий. В этом вопросе Россия и Китай могут стать ключевыми партнерами. Важно, чтобы сотрудничество было взаимовыгодным, чтобы инвестиции приносили пользу обеим сторонам и способствовали модернизации таджикской экономики. Я убежден, что интеграция в ЕАЭС, укрепление сотрудничества с Россией и стратегическими партнерами – единственно верный путь для Таджикистана. Это не только экономическая выгода, но и гарантии стабильности, безопасности и устойчивого развития нашей страны».

Как было отмечено выше, Европейский Союз заявляет о готовности инвестировать в инфраструктуру Транскаспийского международного транспортного маршрута (ТМТМ), однако делает это исключительно в форме кредитов, а не прямых вложений. В 2024 году Европейский инвестиционный банк (ЕИБ) подписал меморандумы о взаимопонимании с правительствами Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана на общую сумму 1,47 млрд евро для софинансирования транспортных проектов в этих странах. Кроме того, Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) заключил меморандум о взаимопонимании с Казахстаном, предусматривающий кредитную линию в размере 1,5 млрд евро для развития транспортной инфраструктуры.

Однако эти средства пока остаются на стадии обещаний, и конкретные финансовые соглашения еще не подписаны. В условиях экономического кризиса в ЕС процесс принятия решений по предоставлению этих займов затягивается. Таджикистан, в отличие от своих соседей, отказался подписывать подобные соглашения, мотивируя это тем, что предлагаемые условия не соответствуют его интересам. 

Таджикистан регулярно ведет переговоры с Евросоюзом по вопросам энергетического сотрудничества и водных ресурсов, в том числе последние состоялись в феврале 2025 года. Однако на практике эти обсуждения не приводят к реальным проектам. Показательным примером стало обещание Брюсселя летом 2022 года взять на себя роль основного инвестора в строительстве Рогунской ГЭС и выделить недостающие 5 млрд евро. Однако за прошедшие годы это так и осталось на уровне заявлений: фактических инвестиций не последовало. В 2024 году ЕС лишь пообещал предоставить грант в размере 45 млн евро на развитие энергетического сектора Таджикистана, что, учитывая масштабы заявленных планов, остается незначительной суммой.

Таким образом, сотрудничество с Европой должно строиться на принципах справедливого партнерства и устойчивого развития, а не сводиться к сырьевому экспорту. В противном случае Центральная Азия может столкнуться с уже знакомым сценарием, когда богатые природные ресурсы приносят выгоду лишь внешним игрокам, а странам региона достаются экологические и экономические последствия.

Садаф НАЗАРОВА

Dialog.TJ