Из выступления профессора Иброхима Усмонова, бывшего советника президента Таджикистана, члена Комиссии по национальному примирению, руководителя общественного фонда «Диалог цивилизаций», на второй площадке международной конференции «Ситуация в Афганистане. Варианты долгосрочного решения. Влияние на страны региона». Конференция в Душанбе состоялась по инициативе Центра Льва Гумилева.

Война в Афганистане началась давно как антишахская, антимонархическая война, преобразовалась в социал-демократическую революцию, затем в религиозное ополчение, а после и совсем переросла в полный хаос.


«С моей точки зрения, если взглянуть назад в историю, эту войну развязал Мухаммед Дауд Хан, ставший в последствии первым президентом ИРА, против шаха и правительства. Затем «халькисты» и «парчамисты» начали социал-демократическую войну против правительства Дауда. После этого, в руки активистов попало знамя религии, и началась религиозная борьба с целью объединения народа Афганистана против внешних сил, в том числе и война против Советского Союза. Позже ситуация вышла из под контроля и достигла хаоса.

Я не могу точно описать, что за война идет в Афганистане сегодня. Все те факторы, которые были ранее в афганской войне, сегодня отсутствуют. Что касается войны в Таджикистане – это была только гражданская война», — заявил Усмонов. 


По его словам, в Таджикистане группа вооруженных лиц воевала против правительства, и эта война завершилась примирением. В Афганистане же, если говорить символически, сегодня даже дети рождаются с оружием. Как заявил в 1996 году Ахмадшах Масуд, в Афганистане автомат Калашникова остался единственным фактором, с которым считаются.

«Калашников – это наша радость и горе, брат, мать и наш ребенок», — говорил тогда Масуд.

Война достигла такого накала, что население не представляет больше жизни без оружия, и в этом отличие войны в Афганистане от Таджикистана. 


Кроме того, в войне в Таджикистане практически не были видны или почти отсутствовали националистические элементы. К сожалению, в Афганистане война обрела именно националистический характер. 


В Таджикистане начался мирный процесс, который прошел на двух уровнях: первым из которых стал межтаджикский диалог, с 1994 года до 1997 года две противоборствующие стороны подписали восемь документов, которые обязались выполнять. На втором этапе переговоров из числа представителей обеих сторон была создана Комиссия по национальному примирению, задачей которой стала реализация подписанных ранее восьми документов. В Афганистане, к сожалению, подобный масштабный процесс миростроительства запустить не удалось.

Несколько коротких встреч в Берлине нельзя назвать процессом миростроительства, потому что продолжительная война требует много времени на переход к диалогу, на понимание проблем друг друга. Для этого нужны серьезные переговоры, которых до сих пор не было. 

Поэтому война продолжается. 


В процессе миростроительства таджиков представители дружественных государств и международных организаций под эгидой ООН участвовали в качестве гарантов межтаджикского мира. В Афганистане гаранта мира нет, иностранные войска, которые введены в эту страну не являются гарантами мира, а скорее наоборот.


Афганистан, Пакистан, Россия, Иран, Казахстан, Кыргызстан, Туркменистан, Узбекистан изначально стали наблюдателями миротворческого процесса в Таджикистане, а затем стали его гарантами. Межтаджикские мирные переговоры возглавляли представители ООН, в Афганистане нет такой организации, которая бы возглавила миротворческий процесс, с чем также связано затягивание разрешения афганской проблемы.


В Таджикистане показателем завершения войны стали выборы под контролем международных организаций в соответствии с утвержденными международными нормами. 

К сожалению, мы не можем сказать, что за процесс прошел в Афганистане под знаком выборов, и являлся ли на самом деле именно выборным процессом. Конечно, условия Афганистана отличаются от условий Таджикистана.


И, наконец, самое важное, сегодня в Афганистане национальные проблемы стали преобладать над проблемами религиозными.

«То, что удалось сделать в Таджикистане за три года, в Афганистане не получилось и за 16 лет. Война в Афганистане, конечно боль для всех, но прежде всего, эта боль — боль афганского народа. Население покидает родину, те, кто остается, не хотят работать. Дехканин не хочет работать потому, что не знает, достанется ли ему урожай.

Я думаю, если наши афганские братья обратят внимание на то, что они могли бы осуществить в условиях Афганистана, опираясь на опыт Таджикистана, я думаю, что процесс достижения мира в Афганистане мог бы пойти гораздо легче», — резюмировал Усмонов.

Башар Ахмад Гардези

Источник: "Центр Льва Гумилева"