29 марта в ЕАЭС отметят 26-летие инициативы «практического евразийства», озвученной первым президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым в ходе лекции в МГУ в 1994 г. С тех пор концепция евразийской интеграции обрела материальные формы и породила Евразийский экономический союз, уже успевший разменять свое пятилетие. О том, как изменилось отношение казахстанцев к «евразийству» и о том, что ждет ЕАЭС в будущем в интервью «Евразия.Эксперт» рассказала директор Казахстанского института стратегических исследований при президенте Казахстана Зарема Шаукенова.

– Зарема Каукеновна, идея первого президента Казахстана Нурсултана Назарбаева о создании «практического евразийства» реализована. В 2019 г. этой инициативе исполнилось 25 лет. Каковы ее первые итоги?

– Прежде всего, создана нормативная база функционирования интеграционного объединения, включая ключевой документ – Договор о Таможенном кодексе ЕАЭС, вступивший в силу в 2018 г. В ЕАЭС проведено большое количество работы по таким направлениям как техническое регулирование, координация финансовой и макроэкономической политик, координация деятельности и интеграция практик осуществления промышленной, торговой политики, сотрудничество в области энергетики и инфраструктуры, цифровизации и ряда других.

К числу заметных событий в деятельности ЕАЭС можно отнести подготовку и подписание соглашений о различных форматах сотрудничества объединения с третьими странами. В 2016 г. первым подписанным договором такого рода стало Соглашение о зоне свободной торговли между ЕАЭС и Вьетнамом, в 2018 г. подписано Соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве между ЕАЭС и Китаем и Временное соглашение, ведущее к созданию зоны свободной торговли между ЕАЭС и Ираном. В том же 2018 г. Молдове был предоставлен статус страны-наблюдателя при ЕАЭС.

В целом, растущее международное сотрудничество ЕАЭС является признаком состоятельности этого объединения, укрепляет его международную субъектность и свидетельствует о привлекательности экономики ЕАЭС для партнеров по торговому, инвестиционному и иным форматам сотрудничества.

В начале марта 2020 г. первый президент Казахстана Нурсултан Назарбаев посетил Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова, где 29 марта 1994 г. высказал идею евразийской интеграции перед российским научным сообществом. Елбасы подчеркнул, что, несмотря на сложности, объем товарооборота между странами участницами Евразийского экономического союза растет, а свое желание присоединиться к ЕАЭС изъявили 40 стран. Спустя 26 лет автор идеи евразийской интеграции продолжает настойчиво убеждать в том, что в современном мире без интеграции прожить невозможно, что она создает возможности для дальнейшего развития государства. Почетный председатель Высшего Евразийского экономического совета уверен в перспективах ЕАЭС, и для этого нужно продолжать делать большую работу.

На сегодняшний день в ЕАЭС создан общий рынок товаров с некоторыми исключениями, которые постепенно будут ликвидироваться. Сейчас ведется планомерная работа по созданию общих рынков услуг, трудовых ресурсов, капитала, то есть, формируются условия для обеспечения свободного перемещения на всем пространстве ЕАЭС как произведенной продукции, так и факторов производства. Эта работа в целом должна быть завершена к 2025 г., а ее конкретное наполнение будет отражено в Стратегических направлениях развития Евразийской экономической интеграции до 2025 г., – документе, содержащим несколько сотен мер и механизмов прямого действия. Его разработка в настоящее время близка к окончанию.

– Как граждане Казахстана воспринимают участие в евразийских интеграционных процессах?

– Безусловно, уровень восприятия населением стран-участниц ЕАЭС, общественная поддержка являются важными факторами при оценке нынешнего состояния и перспектив развития евразийской интеграции. Следует отметить достаточно высокий уровень осведомленности населения стран-участниц ЕАЭС о деятельности ЕАЭС, в том числе об имеющихся трудностях в реализации интеграционных процессов в существующих реалиях глобальной повестки.

Так, например, опрос населения стран ЕАЭС в рамках исследования «Интеграционный барометр ЕАБР» за 2017 г., проведенный Центром интеграционных исследований Евразийского банка развития совместно с международным исследовательским агентством «Евразийский монитор» показал, что в наших странах в период с 2015 по 2017 гг. общественная поддержка евразийской интеграции уменьшалась: с 78% до 68% (Россия), с 80% до 76% (Казахстан), с 60% до 56% (Беларусь). Снижение уровня поддержки, скорее всего, связано с завышенными ожиданиями населения от интеграционного проекта. Но в том и заключается особенность интеграционных процессов, что они долгосрочные и не дают моментального эффекта.

В Казахстане сохраняется общее позитивное отношение к ЕАЭС, казахстанцы положительно оценивают перспективы интеграции по всем направлениям сотрудничества.

– Что будет представлять из себя ЕАЭС в будущем, с учетом последних вызовов и угроз?

– Действительно, в мире сложилась крайне сложная ситуация. Два основных фактора – распространение коронавирусной инфекции и ценовая война на рынке нефти – целиком и полностью дестабилизировали мировую экономику, которая в последние годы демонстрировала не самые лучшие показатели роста. Нет какой-либо определенности относительно будущего ее развития, прогнозы меняются фактически еженедельно. Возникает резонный вопрос: что ждет ЕАЭС, каково его будущее?

Многое будет зависеть скорее от внешних факторов, нежели от внутренних.

Дело в том, что, во-первых, в структуре торговли стран-участниц внешняя торговля с третьими странами имеет значительный вес по сравнению с объемами взаимной торговли, т.е. тесная интеграция между участниками объединения еще не сложилась. Возьмем показатели 2019 г., по итогам которого объем внешней торговли товарами стран-участниц ЕАЭС с третьими странами составил $733 млрд, в то время как объем взаимной торговли товарами за январь-декабрь 2019 г. составил $61 млрд, что в 12 раз меньше. Но это отдельный вопрос и отдельная тема для разговора. Тут имеется масса различных причин и факторов, над устранением которых ведется определенная работа.

Во-вторых, весомый фактор – доминирующая роль экономики России в интеграционном объединении, на которую приходится свыше 85% ВВП ЕАЭС. Экономическая ситуация в России напрямую и непосредственно влияет на экономику объединения в целом.

Ослабление российского рубля, а вслед за ней и национальных валют в странах-партнерах по ЕАЭС на фоне сильнейшего обвала цен на нефть на мировом рынке является толчком оттока капитала и негативно отразится на объемах иностранных инвестиций, что может стать серьезным препятствием для развития общей экономики.

Мы также помним кризис 2014-2016 гг., когда резкая девальвация валют ЕАЭС и отсутствие согласованной политики между странами-участницами привели к сокращению взаимной торговли и даже к торговым противоречиям между участниками. Нынешняя ситуация – это, своего рода, проверка на устойчивость и проверка «работы над ошибками». Но следует помнить, что когда «закрываются одни двери», то «открываются другие». То есть необходимо совместными усилиями искать «окно возможностей» для поддержания общей экономики и реализации имеющегося огромного потенциала рынка ЕАЭС.

– Может ли в будущем сотрудничество стран союза стать равновыгодным для всех, невзирая на разницу величины экономик?

– Конечно, при условии соблюдения всеми участниками принятых договоренностей и установленных норм и правил, обеспечивающих свободное передвижение товаров и услуг, рабочей силы и капитала. Ведь с какой целью создавался Евразийский экономический союз? Как заявлено в Договоре о ЕАЭС от 29 мая 2014 г., основными целями объединения являются создание условий для стабильного развития экономик стран-участниц в интересах повышения жизненного уровня их населения; стремление к формированию единого рынка товаров, услуг, капитала и трудовых ресурсов в рамках ЕАЭС; всесторонняя модернизация, кооперация и повышение конкурентоспособности национальных экономик государств-членов ЕАЭС в условиях глобальной экономики.

Достижение поставленной цели возможно в условиях формирования благоприятной конкурентной среды, позволяющей участникам реализовать свои потенциалы при наличии единого, понятного и справедливого правового поля. Другой вопрос, что имеются определенные ограничения – институциональные, инфраструктурные, финансовые и некоторые другие, препятствующие процессу свободного передвижения, «четырем свободам». Кроме того имеются различия национального законодательства, требующие гармонизации.

Источник: «Евразия.Эксперт»