На днях я получила прекрасный подарок – красочно оформленный сборник “CelebratingChanukah”, где собраны мелодии ханукальных песен в переложении для фортепиано, скрипки, гитары, ансамбля и струнного оркестра в аранжировке Алишера Латиф-заде.

На обложке цветные фотографии его многочисленных учеников – детей в традиционной еврейской одежде, играющих на различных инструментах: скрипке, гитаре, фортепиано, киборде. Я давно знаю Алишера, как замечательного и интересно пишущего композитора. Но его педагогическая деятельность в необычном ракурсе явилась для меня неожиданным событием, которое и послужило поводом написать эту статью.

Но сначала об Алишере-композиторе, сочинения которого давно меня привлекали. Чтобы «освежить» в памяти его произведения, написанные им еще в Душанбе, и познакомиться с его новыми сочинениями, я прежде всего обратилась к широким возможностям Интернета, к YOUTUBE. Первое, что открылось на экране компьютера – это сочинение под названием “Infinity” («Бесконечность») – виртуозная пьеса для арфы соло. Слушая это сочинение, у меня невольно возникли ассоциации с пьесами «Вечное движение» Вебера для фортепиано и «Вечное движение» Паганини для скрипки соло. Музыка Алишера, так же как и музыка его далеких европейских предшественников, завораживает, унося в бесконечную высь. А ее восточный мелодический колорит придает пьесе особую привлекательность.

Продолжая знакомиться с сочинениями композитора предыдущих и последующих лет, вплоть до сегодняшних дней, я была удивлена широтой, многообразием и масштабностью тематического и жанрового спектра творчества Алишера и вполне современным музыкальным мышлением. В большинстве своих сочинений (особенно в более поздних) композитор немногословен. Он краток и лаконичен. В них нет традиционных европейских формообразований типа «сонатная форма», он больше следует традициям восточной музыки, та же мерная наступательная динамичность и импульсивность развития музыки, та же устремленность к кульминации.

Алишер Латиф-Заде – один из ярких представителей таджикской композиторской школы. Он родился в Душанбе в 1962 году в интеллигентной семье, предки которой по линии отца – выходцы из Благородной Бухары, древнего города, где переплелись культуры таджиков, узбеков, евреев, иранцев и других народов центрально-азиатского и ближневосточного регионов. Не потому ли будущий композитор в своем творчестве так широко использует музыку этих народов, тем самым проявляя уважение к своим культурным корням и свойственную ему толерантность.

Алишер рос в атмосфере интеллектуальности и художественности. Мать – Латифова Светлана Степановна – педагог немецкого языка, «Заслуженный учитель Республики Таджикистан». Отец – Латифов Джура Лафифович – доктор исторических наук, профессор кафедры дипломатии Российского Таджикско-Славянского университета, член Российской Академии педагогических наук. Дед – заслуженный артист Таджикской ССР, замечательный комедийный актер Таджикского государственного драматического театра им. Абулкасыма Лахути – Лафиф Латиф-Зода. Говоря о своем происхождении, сам Алишер рассказал о себе во время пребывания в Душанбе в мае 2004 года в Таджикском Обществе дружбы и культурных связей с зарубежными странами: «…Может быть тот факт, что я родился в интернациональной семье (моя мать русская, отец таджик) и с раннего детства впитал культуру двух великих народов, послужил тому, что в своих последних сочинениях я пытаюсь создать новый стиль в музыке – синтез «Востока и Запада, джаза и классики». Особое место в моем творчестве занимает вопрос сближения людей, исповедующих разные религии. Примером тому могут служить трио «Крест и Полумесяц», поэма «Апокалипсис», октет «Круги времени», «Толеранс».

Проявление интереса и неравнодушия к музыке у маленького Алишера заметила его мама. Когда Алишеру исполнилось 5 лет, она привела сына на вступительный экзамен в Душанбинскую Республиканскую музыкальную школу для одаренных детей, который и определил будущее Алишера. Он был принят в класс педагога Рауфа Сангинова по классу скрипки.

Посчастливилось будущему композитору и то, что соседом семьи Латиф-Заде (буквально через стенку) жил композитор М.А.Цветаев, который во многом способствовал развитию одаренного мальчика и поощрял его первые попытки к сочинительству. В школе первым учителем по композиции у Алишера был талантливый таджикский композитор-песенник Зайниддин Зульфикаров. Сам композитор говорит, что именно он «научил меня сочинять красивые таджикские мелодии». Позже, в старших классах школы, его учителями становятся таджикские композиторы Заррина Миршакар, Толиб Шахиди и Фируз Бахор, чьи имена и произведения получили известность далеко за пределами своей Республики.

По окончании музыкальной школы в 1080 году Алишер поступает в Московскую государственную консерваторию им. П.И. Чайковского в класс композиции и полифонии профессора А.И.Пирумова. уже здесь, в стенах консерватории, у него проявляется свое творческое лицо, свой стиль, который можно определить английским словом “crossover”. По существу этот стиль представляет собой разное смешение традиций и жанров, своеобразное слияние западно-европейской классической и традиционной музыки разных народов. Сам по себе этот стиль не нов. Он характерен для многих композиторов и особенно для композиторов 19, 20 веков и современных композиторов. По этому им избранному пути стиля “crossover” Алишер идет целенаправленно вот уже 30 лет. Он широко использует музыкальный фольклор не только своей родины, своего народа. Где бы он ни был, в каком бы национальном окружении ни оказался, он всегда проявляет глубокий интерес к этому народу и его культуре. В этих сочинениях, как правило, восхищает изобретательность оркестровки, особенно когда внедряются в оркестр национальные инструменты, такие как дойра, карнай, гиджак, сурнай и др., что создает особый тембровый национальный колорит, обогащающий оркестровую палитру. А умелое владение тематизмом, динамикой его развития и его ритмической энергетикой, делают эти сочинения особо интересными.

Обращается Алишер и к джазу, который привлекает композитора своей метроритмической изощренностью. И как яркий пример назову регтайм «Американец в Ташкенте» для бигбенда, камерного и симфонического оркестров, посвященный 100-летию со дня рождения Джорджа Гершвина, к которому он относится с особым пиететом (Ташкент, 1998). В этом оригинальном сочинении органично переплетаются джазовые ритмы и мелодии, американские и узбеко-таджикские напевы. Это первый подобный опыт в музыкальной литературе.

Будучи студентом 3-го курса он написал песню для хора «Ракси Малика», за которую был удостоен диплома Всесоюзного конкурса.

По окончании консерватории в 1985 году Алишер возвращается в Душанбе и сразу же «окунается» в музыкальную жизнь. Он пишет новые произведения и одновременно преподает в Институте искусств на кафедре композиции, собственно композицию, а также чтение партитур, сольфеджио инструментоведение. К этому времени за плечами молодого композитора такие произведения, как Концерт для скрипки с оркестром, Сюита для струнного квартета, Соната для трубы и фортепиано, Поэма для струнного оркестра и другие сочинения крупных и малых форм. И в том же году его принимают в ряды членов Союза Композиторов СССР (позже – он член Союза Композиторов Таджикистана и Узбекистана, член Союза композиторов России, а по приезде в Америку становится членом Международной Королевской Академии Объединенных Наций).

Музыкально-художественные интересы Алишера весьма широки. Он не ограничивается тематикой и интонационной сферой лишь таджикской музыкальной культуры. Об этом свидетельствуют такие его произведения, созданные в Таджикистане, как «Чорзарб» для фортепианно, ударных народных инструментов и камерного оркестра, Концерт для струнных фортепиано “LiberScriptus”, Концерт «Наво» для альта и симфонического оркестра, “Vivat, France!” для фортепиано и эстрадно-симфонического оркестра, Поэма для камерного оркестра «Тахир и Зухра», Концерт №2 для фортепиано и симфонического оркестра «Восточные миниатюры», «Рубаи Хайяма» для тенора и фортепиано, «Апокалипсис» - поэма для 7 ударников и магнитофонной ленты и многое другое.

В 80-х годах ХХ века в СССР круто меняется политический курс страны. Наступает сложный период перестройки, который завершается распадом некогда огромной державы. Осложняется и жизнь советских людей, жителей стран СНГ. Многие вынужденно покидают страну, порою оказавшись в разных странах и континентах. Эта же участь выпадает и на долю Алишера. В 1993 году он с семьей уезжает в Ташкент. Будучи человеком творчески активным, необычайно трудолюбивым, коммуникабельным, добросердечным и отзывчивым, Алишер сразу же оказывается в центре музыкальных событий столицы Узбекистана и вскоре получает признание музыкальной общественности. Он успешно преподает в Ташкентской государственной консерватории и ведет класс импровизации. Его принимают в ряды членов Союза композиторов Узбекистана. За десять лет творческой деятельности в этой республике Алишер создает немало произведений самых разных жанров. Эти произведения часто исполняют в концертах, на радио и телевидении; популярность Алишера Латиф-Заде настолько растет, что о нем создают документальный фильм.

Здесь тематический диапазон его творчества продолжает расширятся, принимая масштабные размеры. Композитора интересует все: и современность с её сложными проблемами в общественной, религиозной и политической жизни, и историческое прошлое таджиков, узбеков, казахов, киргизов, туркмен, их культурные ценности, и мировые литературные памятники, словом все, что определяет многогранную ЖИЗНЬ Человека и Народов во всех его проявлениях. Примеров отражения вышеперечисленного в его музыке множество: «Алвидоъ» (по-таджикски «Прощай») для скрипки, виолончели и симфонического оркестра – венок памяти А.Шнитке; «Китоби Дарвеш» в 6-ти частях для соза, карная, сурная, саксофона (сопрано, тенора), рояля, синтезатора, гитары (акустической, электрической), ударника, скрипки, виолончели и магнитной ленты; «Согдийский mixing» для струнного квартета и ансамбля народных инструментов; «Немецкий альбом» - 5 хоров а капелла (обработка немецких мелодий на стихи немецких поэтов); “Al-Zikr” для фортепиано, струнных и ударных инструментов; «Музыкальное приношение Феликсу Кулову» для эстрадно-симфонического оркестра; «Сабрие» (посвящение жене) для саксофона, сопрано и инструментального ансамбля; музыка к спектаклям «Натан Мудрый» по пьесе Лессинга, «Солнечный луч» по пьесе А.Попеску, «Люди-Птицы» по пьесе Н.Туляходжаева и др.  

В 1999 году Алишер едет в Бишкек, где под впечатлением киргизского эпоса «Манас» он создает одноименное произведение в 6-ти частях для приготовленного фортепиано, чтеца, магнитной ленты, народных инструментов – ударных и струнных.

В 2003 году Алишер был приглашен в качестве педагога в Алма-Ату в Казахскую национальную консерваторию на кафедру композиции и оркестрового дирижирования.

Одновременно он организовывает Первый Международный фестиваль современной музыки – «Навруз-21» с участием композиторов и музыкантов из различных стран мира.

В 2004 году эмигрирует в США, в Нью-Йорк – столицу мира, которая, по словам Евгения Евтушенко – «…весь мир спрессованный в один город». Здесь соседствуют разные расы и национальности, звучат сотни языков и диалектов. Здесь уживаются различные культуры, сохранившие своё своеобразие и неповторимость с незапамятных времен. В этой атмосфере множественности и разнообразия композитор чувствует себя комфортно, ощущает ту почву, которая будет способствовать рождению новых творческих идей и их реализации.

Нью-Йорк – огромный мегаполис, состоящий из пяти боро. В одном из них – Бруклине, в районе, где проживает много представителей особой группы ортодоксальных евреев, которых называют хасидами, живет с семьей Алишер Литиф-Заде. Особый уклад жизни хасидов, еврейская культура, религия, язык, музыка очень заинтересовали композитора, и он искренне проникся уважением к ним. Он настолько вжился в эту среду, что начал говорить на их языке, записывать их песни и еще организовал студию, где обучает еврейских детей игре на скрипке, гитаре и фортепиано.

У Алишера есть друг-художник, который подарил ему картину с изображением свитка Торы, где можно прочесть «Десять Заповедей». Композитор ходил в синагогу, чтобы послушать еврейские религиозные песнопения. Он серьезно стал интересоваться еврейскими традициями и еврейской традиционной музыкой. Он стал записывать ее, а также находить в прежде изданных сборниках и бездонных архивах Интернета образцы еврейского музыкального фольклора. Собрал солидный сборник еврейских песен и внимательно стал их изучать. Алишер настолько вдохновился восточно-европейской еврейской музыкой, ее духом и интонационной сферой, что сочинил прелестную пьесу для фортепиано в 4 руки «Шева броха» («Семь благословений»). В ней он очень ярко и правдиво передал настроение радости семи вечеров, традиционно проводимых в честь молодоженов после свадьбы среди родственников и друзей. Это сочинение с успехом было исполнено в Нью-Йорке и в Израиле. А в одном из последних сочинений – «Нота Приношения к миру» для камерного оркестра и голоса, в 2012 году впервые исполненном в Астане (Казахстан), композитор включил национальные музыкальные темы и, соответственно, тексты из Книг мировых религий, где, в частности, звучат и слова из 10-й техилы на иврите и русском языках: «…баль-ёсиф од лаароц энош мин-хварец» («…чтобы не был больше тираном человек земной») на фоне мелодии гимна Израиля «ХАТИКВА».

Я спросила Алишера, почему он проявляет такой живой интерес к еврейской музыкальной культуре? Он ответил: «Бухарские евреи внесли огромный вклад в таджикскую музыкальную культуру. Теперь, живя в Америке среди евреев-ашкенази, я хочу также внести свою лепту в еврейскую музыкальную культуру. У меня в поле зрения и музыка бухарских евреев. Я планирую углубиться и в эту интонационно близкую мне музыкальную сферу. Я, вообще, преклоняюсь перед музыкальным гением всех народов».

Алишер Латиф-Заде проявляет себя и как успешный общественный деятель. В частности, он участвовал в организации Международных музыкальных фестивалей «Бахористон» в Душанбе и «Навруз – 21 век» в Казахстане, а также в международном проекте «Шелковый Путь». Алишер выступает и как скрипач – исполнитель собственных сочинений в различных концертах, например, он играл в зале ООН на праздновании Навруза.

Много сил и времени Алишер Латиф-Заде отдает работе педагога. Им издан «Экспресс-метод обучения игры на скрипке»; его ученики композиторы и скрипачи работают в России, Швеции, Словакии, США, Израиле, Таджикистане, Узбекистане, и Казахстане. Его сочинения пользуются успехом и изданы во многих известных европейских изданиях.

В 2013 году композитор получил сертификат из Кембриджат «Ведущий профессионал 2013 года».

Дальнейших успехов Вам, Алишер!!!

Зоя Таджикова,

Источник: Газета «Bukharian Times», № 647, 4-10 июля 2014