В последние дни декабря израильский 10-й канал рассказал о подписанном в ноябре американо-израильском меморандуме о взаимопонимании по "иранскому вопросу". Стороны договорились о создании четырех рабочих групп по ключевым вопросам. Речь идёт о тайной дипломатической работе по отмене иранской ядерной программы, о сдерживании программы по созданию Ираном баллистических ракет, а также об ограничении иранского присутствия в Сирии и Ливане. 

Наиболее занимательно звучит четвёртая задача: работа по усилению эскалации в регионе, к которой может быть причастен Иран. В переводе на нормальный язык это может означать внесение хаоса и смуты по всему региону. И уже в конце декабря многие города Ирана охватили демонстрации, массовый характер которых был во многом преувеличен западной прессой и социальными сетями. По странному стечению обстоятельств, "стихийные народные выступления" совпали по времени с обнаружившимся резким неприятием намеченного на конец января в Сочи Конгресса национального диалога Сирии со стороны  т.н. "умеренной оппозиции".

4 января Генеральный прокурор Ирана Мохаммад Монтазери заявил о стремлении США осуществить в Исламской Республике "ливийский сценарий". Для его реализации был создан оперативный штаб с участием спецслужб США, Израиля и Саудовской Аравии во главе с легендарным "аятоллой Майком" (он же "Черный принц") Майклом Д’Андреа, возглавляющим в ЦРУ иранское направление. Подрывной проект финансировался Эр-Риядом и опирался на давние наработки, призванные переключить изначально неполитический, социально-экономический протест (ибо отрицать наличие подобного рода проблем в Иране, как и в любой другой стране, по меньшей мере, неумно) в деструктивное политизированное русло.

В этой связи следует обратить внимание на то, что протесты развивались в направлении от периферии к столице. О выросших ценах на яйца и прочей лирике быстро забыли, кое-где на западе страны, по соседству с базой в Хамадане, мелькал и лозунг "Смерть России!", не говоря о типовых призывах к "свержению диктатуры". По данным некоторых журналистских расследований, на местах действовали организованные и подготовленные группы провокаторов, которые внедрялись в ряды демонстрантов, выкрикивая подстрекательские лозунги и призывая к насильственным действиям.

Для реализации предотвращённого иранскими властями второго этапа, предполагавшего вооружённые столкновения, планировалось задействовать террористов ИГ (ИГИЛ), которые должны были перейти в Иран через приграничные каналы из иракского Эрбиля (Курдистан) и афганского Герата. Одновременно, Дональд Трамп, Никки Хейли, Джон Маккейн, Рекс Тиллерсон, а вслед за ними – пользователи Twitter, Telegram и иже с ними из Великобритании, Саудовской Аравии, Израиля и многих европейских стран стали распространять бесчисленные сообщения с хэштегом #IranProtests. Откровенно бредовая дезинформация распространялась и по российским социальным сетям, давно уже превратившимся в важное поле "битвы за умы и сердца".

Как отмечает эксперт-ближневосточник Исмагил Гибадуллин, "практически одновременно, будто бы по указке, с подрывными действиями выступили курдские сепаратисты, арабские националисты Хузестана, исламо-марксисты из Организации моджахедов иранского народа ("Моджахеддин-е Хальк, МКО - IRAN.RU), монархисты, суннитские экстремисты, в том числе сторонники ИГИЛ (запрещенного в России), секуляристы, ряд радикальных шиитских группировок, выступающих против принципа вилаят аль-факих, на котором зиждется исламский строй Ирана. Все эти силы, абсолютно разные по своим установкам и даже враждебные друг другу, объединяет только одно – их контакты с Госдепом и американскими спецслужбами, которые в последние месяцы несколько участились…

Многие эксперты говорят об особой роли движения "Рестарт" – своеобразного гибрида американской фабрики для промывки мозгов "Лайфспринг" и украинского "Правого сектора" (запрещён в России). Движение создал бывший ведущий передачи на иранском телевидении Мохаммад Хосейни, который в 2005 году эмигрировал в США. В Америке он создал новую доктрину личностного роста и саморазвития на основе эклектичных фрагментов персидской поэзии и учений нью-эйдж, за которыми скрывается радикально-националистическая и атеистическая идеология. Именно этот человек призывал своих последователей совершать поджоги государственных учреждений, мечетей, шиитских святынь, нападать на полицейских. Как ни странно, нашлось немало отморозков, поспешивших выполнить это на практике. Такие сетевые движения, пускающие в ход изощренные средства манипуляции, тяжело контролировать.

Постоянный представитель США при ООН Никки Хейли не теряет надежды повторения в Иране сирийского сценария. Это прямо следует из её письменного комментария, распространённого 4 января накануне заседания превращенного в "дипломатический театр" заседания СБ ООН: "Мир стал свидетелем ужасов в Сирии, которые начались с того, что жестокий режим отказывал своему народу в праве мирно протестовать. Мы не должны позволить этому произойти в Иране. Это вопрос основополагающих прав иранского народа, а также вопрос международного мира и безопасности".

В свою очередь, постпред России Василий Небензя отметил, что США злоупотребляют площадкой Совбеза ООН для продвижения своих интересов: "Истинная подоплёка причины созыва сегодняшнего заседания кроется в завуалированной попытке использовать текущий момент для продолжения линии на подрыв Совместного всеобъемлющего плана действий по урегулированию ситуации вокруг иранской ядерной программы. Такое впечатление, что необъяснимая рационально аллергия на эту страну застилает глаза в оценке происходящих там событий и желаемое выдаётся за действительное".

Срыв очередной попытки повернуть крупнейшую страну ближневосточного макрорегиона на путь хаоса и анархии не означает, что они не будут предприниматься и далее, причем со всё возрастающим упорством и настойчивостью. 2017 год продемонстрировал тенденцию относительного снижения геополитического веса Вашингтона на Ближнем Востоке, а недавнее резонансное решение по Иерусалиму поставило под вопрос организационное оформление неформальной коалиции США, Саудовской Аравии, Египта, Израиля и ОАЭ. Глава центра стратегических исследований «Россия – исламский мир» Шамиль Султанов связывает ослабление позиций США с разногласиями внутри их истеблишмента. В результате региональные союзники Вашингтона не вполне понимают, на кого ориентироваться и, грубо говоря, "кому нести деньги".

В ходе майского визита Трампа в Саудовскую Аравию, его дочери подарили 100 млн. долл., и заключили контракты на поставку американского оружия на сотни миллиардов долларов. В августе, в Джидду (вторая столица Саудовской Аравии) прибыла неизвестная яхта, на которую, как утверждают местные источники, якобы загрузили 1 млрд. долл. наличными. В то же время, американские противники саудовского короля и наследного принца, хотя и потеряли нити влияния в аравийской монархии, но сами никуда не делись. В период острой фазы саудовско-катарского конфликта была подтверждена важность Дохи как стратегического аванпоста США в регионе.

На сегодня, США остаются ключевым игроком в регионе, располагая военными базами (Саудовская Аравия, Катар, Бахрейн, ОАЭ, Иордания) либо соглашениями о прямом военном присутствии (Египет) практически со всеми странами региона, отмечает Ш. Султанов. Для строительства и поддержания военных объектов необходимо располагать значительными военными ресурсами, политическим и информационным влиянием. США располагают разветвлёнными и диверсифицированными каналами связи с различными фракциями местных элит. Политическое влияние реализуется также в значительных объемах торгово-экономического сотрудничества, и Москва находится лишь в начале длительного восстановления утраченного после 1991 года.

Андрей Арешев

Источник: ИА Иран.Ру