На прошлой неделе Таджикистан окончательно определился с участниками электоральной гонки 11 октября.

Главная интрига – будет ли действующий президент Эмомали Рахмон вновь идти на выборы – разрешилась еще к началу сентября, когда Рахмон был избран кандидатом на пост главы государства сразу от трех организаций.

Кроме главного выдвиженца от НДПТ, право на участие в президентской гонке получили: Рустам Латифзода – от Аграрной партии, Абдухалим Гаффорзода – от социалистов, Рустам Рахматзода — от Партии экономических реформ и Миродж Абдуллоев — от Коммунистической партии Таджикистана.

Попробовать свои силы в борьбе за кресло главы государства хотели также Саидджафар Усмонзода от Демократической партии и молодой самовыдвиженец 30-летний адвокат Фаромуз Иргашев. Однако Иргашев не смог собрать необходимые 260 000 подписей, а Усмонзода не прошел из-за требования конституции для кандидата получить поддержку 5% из числа граждан.

Кто на новенького

Зарегистрированных кандидатов объединяет одно – их весьма давнее нахождение на политической арене и почтенный возраст. Самым старшим является лидер коммунистов, Мироджу Абдуллоеву в этом году исполнятся 72 года, Гаффорзода отпраздновал свое 68-летие, Эмомали Рахмону – 67 лет, а лидерам аграриев и экономистам по 59 лет.

Любопытно, что в Таджикистане глава государства и несколько высокопоставленных чиновников объявили курс на омоложение госаппарата и на воспитание молодых специалистов в промышленности, науке и медицине. И на фоне такого тренда, пусть и заложенного правительством, таджикские политологи предсказывали некоторое омоложение основных политических партий. Но этого не произошло.

Самым молодым оказался самовыдвиженец Фаромуз Иргашев, и он, мягко скажем, широкой поддержки сверху не получил. Центр стратегических исследований при президенте Таджикистана опубликовал целую статью, утверждавшую, что даже сам факт выдвижения Иргашева не соответствует "национальным интересам", и вообще – адвокат слишком молод.

И хотя лидеры нынешних политических партий не спешат привлекать "молодую кровь", часть нынешних кандидатов кажется почти юношами, если вспомнить самых возрастных действующих президентов и глав государств.

Президент до конца жизни

Если смотреть по регионам, то абсолютное лидерство в этой категории принадлежит Ближнему Востоку и Африке.

Так, Поль Бийя, второй по счету президент Камеруна, в этом году справил свое 87-летие и по-прежнему находится у руля власти и явно не хочет сдавать позиций. В 2018 году Бийя снова победил на президентских выборах и собирается находиться на этом посту еще как минимум семь лет.

Чуть моложе Бийя ливанский президент и бывший военный командир Мишель Наим Аун. Политику, известному девизом "жизнь, лишенная свободы, – всего лишь разновидность смерти", в этом году исполнилось 85 лет.  Его соседу по региону лидеру Палестины Махмуду Аббасу – 84. Многие из ближневосточных лидеров откровенно говорят, что не собираются баллотироваться на президентское кресло до конца жизни. Свежим примером им, вероятно, служит глава Туниса Аль-Баджи Гаид ас-Себси, скончавшийся на своем посту в 92 года.

И это если брать президентов, чей срок во многих странах законодательно ограничен возрастом. Среди монархов, которые могут править пожизненно, девяностолетний возраст – вполне обычная норма. Королеве Великобритании 93 года, шейху Кувейта Сабах ас-Сабаху – 90, чуть меньше Салман ибн Абдул-Азиз аль-Сауду, король Саудовской Аравии – ему 84.

Причем если для Востока весьма почтенные года президента – это норма, то на Западе возрастная планка обычно несколько ниже.  Скажем, несколько лет назад предвыборную гонку 74-летнего Дональда Трампа и 72-летней Хиллари Клинтон некоторые особо язвительные американские СМИ открыто называли "битвой стариков".

Зрелость и опыт Центральной Азии

А что же у соседей Таджикистана среди центральноазиатских республик?

Здесь возрастной рекорд принадлежит Нурсултану Назарбаеву, добровольно снявшему с себя полномочия президента Казахстана в прошлом году в возрасте 79 лет. Впрочем, из политики Назарбаев не ушел и сохраняет за собой почтенный пост главы Совбеза страны.

Еще одним ярким примером является соседний Узбекистан, где президент Ислам Каримов бессменно возглавлял республику с 1991 года. На момент смерти Каримову было 78 лет.

А вот у другого соседа – Кыргызстана – политические лидеры меняются часто и состариться на посту не успевают. Средний возраст вступления в должность для президента – 55-60 лет, а самому первому и самому старшему главе государства Аскару Акаеву сейчас 75 лет.

Не слишком возрастные и лидеры Туркменистана – первый президент скончался на своем посту в возрасте 66 лет, а его приемнику Гурбангулы Бердымухамедову недавно исполнилось 63 года – совсем небольшой возраст для главы государства по меркам региона.

Что касается Таджикистана, то, если на выборах каким-то невероятным образом победит кандидат от коммунистов (хотя ни один из прогнозов не говорит об этом), возраст едва ли станет помехой Мироджу Абдуллоеву. В крайнем случае он всегда может снять с себя полномочия. И тогда вакантный пост по закону займет председатель парламента 32-летний Эмомали Рустам.

Источник: Sputnik Таджикистан