1 сентября исполнилось бы 96 лет со дня рождения выдающегося деятеля Таджикистана, академика, президента Академии наук РТ Мухаммада Осими. Он был убит неизвестными 27 июля 1996 года. Но и о дне рождения Осими, и о дне его трагической гибели вспомнили единицы. Как быстро забываем мы своих великих современников, написал в своем блоге журналист Салими Аюбзод.

Промелькнуло тут, что мы пропустили день рождения великого ученого Мухаммада Осими. Пролетела строчка, как пуля. Но мимо. Не зацепило. Пошел спать. Оказывается, попала пуля мне в спящую совесть мою. Увернулся, заснул, и мне приснился сон. Иду по улице Рудаки, не нынешней, а старой, кто знает, коротенькой, зеленой, у пединститута, а навстречу мне сам устод Мухаммад Осими…

Стройный, нарядный, в парадном костюме, улыбающийся, но вся грудь в красно-черных рваных отверстиях, буквально изрешечена пулевыми ранениями. Я вскрикиваю и спрашиваю: «Устод, что с вами, кто это вас?» Он улыбается и говорит: «Нет, не волнуйся, сынок, это мои ордена и медали, это не дырки от пуль. Я жив. Все в порядке».

И садится на скамейку под арчой. А улыбка постепенно превращается в некое проявление боли. Улыбка искривляется. Боль наступает. Он просит меня принести ему воды. Бегу. Когда возвращаюсь, вижу толпу вокруг него. И стар и млад. И школьники с маленькими букетиками красных роз. Пробираюсь сквозь толпу. Его там нет. Нет его на скамейке. Куда же он делся? Что делают эти люди, чего они хотят? Где Мухаммад Сайфиддинович? Где Осими?! Где Осими?!

Меня разбудил мой собственный крик «Где Осими?!». Вопрос, на который у меня нет ответа.

Как быстро мы забываем своих великих современников! Нет у нас своего Лени Филатова, который каждый вечер появлялся бы на экранах и гипнотизировал: «Чтобы помнили». Таких у нас нет. Зато есть скоморохи, которые из каждой серой посредственности пытаются соорудить для нас лжегениев, поставив им памятники, как пугала в огороде. Взрывают соцсети, что, мол, не отпраздновали юбилей другого скомороха; пытаются внушить нам, что они строят новую современную нацию.

Так ведь уже было однажды такое. Под девизом «Мы старый мир разрушим до основания, а затем мы наш, мы новый мир построим…». А уверяли, что победителей на такой войне не бывает и что проигрывают обе стороны. Значит, пишем новую историю? Что верно, то верно: на ровном месте легче взбугрить шишку. Но можно ли построить историю истерией пустой? Не измельчали ли мы, миллатостроители?! Даже у муравья обзор больше, чем у нас. Кроме измельчания до уровня своего кишлака, развился коммерческий взгляд на историю и современность.

Да что там Осими, мы ведь Авиценну также позабыли. А ведь как Осими боролся и добился того, чтобы 1000-летие Авиценны праздновали во всем СССР! Ни слова об Улуг-заде, Каххори, Мухаммадджонове, Махмуде Вахидове и массе других наших гигантов. Это прошлое. Наше или не наше? Было или не было? (Любит – не любит.) Лепестки давно кончились.

Мой сон дневной, мой кошмарный сон! Столько дурных мыслей в голове! Столько крика души в пустыне. Воистину фарёди бефарёдрас [по словам] устода Лоика! На пустыре, где кто-то пытается построить группу шишек. Бугристых, угристых! Просто зло меня берет временами. Да и я сам такой. Сам с усами! Сам великий! Что там Осими? Моя очередь настала! Весь мир мой!

Но вот прошли 25 лет. Четверть века. Где же наш новый Осими, которого уважали бы во всем мире? Кого же из миллатостроителей нынешних взяли в ЮНЕСКО? Ну ладно, не вместо Осими во главу Комитета по изучению цивилизаций Средней Азии, а просто членом какой-либо группы? Кто из них стал главным редактором шеститомника «История Центральной Азии»? Кому еще расстилают красный ковер в Нью-Дели, исключая президента?

Я думаю, остался бы он жив, теперь стал бы генсеком ЮНЕСКО как минимум. Но мы его убили. Мы? А может, соседи? Если бы соседи, то сейчас об этом стоял бы шум. Просто надоел своими умными советами. Кому нужна живая совесть?! Она нужна полуживая, чтобы можно было с ней договориться, а еще лучше мертвая, чтобы уж ничей глас не мучил в полуночной тьме.

Что интересно, многие из тех, кто сейчас сидит в Академии наук, так называемой, - его ученики. Многие другие во всей полноте эксплуатировали его авторитет не только там, но и в Москве и других городах мира. Все молчат. Нечего сказать? Или это не любо кому-то?

Мои коллеги тоже хранят гробовое молчание. Годовщины и юбилеи только у тех, чьи родственники случаем попали на работу в СМИ. Или у тех, кто оплатит типографские расходы. А те, у кого нет родственников в СМИ или кто не хочет покупать писак, должны будут быть погребены под многослойной пылью забвения. Верхи не хотят, низы так же. Родственников нема, «давай, до свиданья!».

А ведь какая судьба! Автор тысяч страниц научных изысканий, организатор науки, устод тысячи ученых, бывший министр просвещения, бывший заместитель председателя Совета Министров, бывший президент Академии наук, член-корреспондент Академии наук СССР, глава департамента Азиатской цивилизации ЮНЕСКО, почетный профессор 20 с лишним престижных университетов мира, лауреат премий Джавахарлала Неру и Авиценны, член-учредитель Ассамблеи народов Центральной Азии, совместно с Чингизом Айтматовым, учредитель и первый президент общества таджиков мира — «Пайванд».

В Британии или Индии, Германии или Саудовской Аравии, США или Норвегии, Иране или Пакистане, где бы я ни был, когда интеллектуалы-собеседники узнавали, что я родом из Таджикистана, сразу спрашивали, где сейчас Доктор Осими, а те, которые знали, - кто и почему убил Осими?

И еще такой штрих. Дважды был ранен в боях Второй мировой войны. Второй раз - под Ленинградом, все лицо обгорело, лежал в полевом госпитале без сознания, оформили убитым. Медсестра спасла и выхаживала целых сто дней. Но в документах числился как павший. Только в 1985 году великий журналист Отахон Латифи обнаружил в архивах эти бумаги и заявил, что Осими жив и возглавляет Академию наук Таджикистана. Оказалось, «посмертно» был награжден десятками боевых орденов и медалей за подвиг и мужество.

Вижу свой сон наяву опять. Кажется, подлый киллер пустил пули очередью за каждый орден, за каждую медаль. Вся грудь в орденах и медалях. Ныне и те, которые получили грамоту, хотят, чтобы им поставили памятник, ну хотя бы бюст.

«Не волнуйся, сынок, это не дырки от пуль. Я жив. Все в порядке». Так и звучит у меня в ушах его мягкий, бархатный, певучий голос. До чего он был скромным и простым! Мне выпало счастье поработать с ним некоторое время в обществе «Пайванд». Ощущение было такое, что он знает все, что можно знать на этом свете. Говорил, что прятать правду - тоже предательство. Еще говорил, что не только в науке - в любом деле нужны оппоненты, с помощью которых увидишь свои ошибки.

Великий ученый, но такой простой, что, долго поговорив с ним на улице и узнав, что это «сам Осими», люди чуть не падали в обморок. У него не было телохранителей в те страшные дни. Не было и врагов. Так он думал. Ошибся. Спят ли спокойно те, которые заказали его? Не думаю. Аллах, может, давно их покарал, или же страшная кара ждет их впереди.

Но надо же так, быть лицом к лицу со смертью на войне каждый день, трое суток без еды и воды с тремя солдатами и командиром держать высоту под блокадным Ленинградом, дважды получив почти смертельные ранения, выжить, чтобы вернуться, служить своему народу - и быть убитым в своем родном Душанбе, во дворе школы на улице Рудаки, возможно от рук своих же соотечественников! Может, поэтому хотим забыть его. Как страшный и болезненный сон. Но свой сон я буду помнить до последнего вздоха.

Источник: Азия-Плюс