В жизни и исторической судьбе народов многое зависит от личности тех людей, кто представляет власть. Поэтому прежде в государстве существовала особая методика подготовки политической элиты, многолетнего воспитания у них способности к стратегическому мышлению, управлению коллективом, проверки их морально-нравственной и эмоциональной устойчивости, компетентности, одним словом, наличия у кандидатов качеств, необходимых для обеспечения эффективного руководства.

К сожалению, в настоящее время все это безвозвратно утрачено. Как следствие, в политику проникают случайные люди, чье мировоззрение и уровень интеллекта не позволяют им мыслить как государственные деятели. Сложные многоаспектные проблемы внутриполитической жизни и международных отношений они видят через призму обывателя, их рассуждения и аргументация мало чем отличается от психологии торговца на рынке.

Дабы не быть голословным предлагаю рассмотреть очередное интервью кыргызского вице-премьера Токона Мамытова газете «Фабула» от 11.02.2014 года, касающееся чувствительной проблематики урегулирования кыргызско-таджикских разногласий.

На протяжении всего данного им интервью, равно как и всех его прежних выступлений в прессе, Мамытов безапелляционно заявляет о принадлежности тех или иных спорных участков Кыргызстану, но при этом не делает ни одной ссылки на правовое основание для подобных заявлений, на конкретные документы, подтверждающие это право. Просто, как в той байке «хочу и все». А как? Почему? Его не интересует.

Мамытов даже не удосуживается аргументировать свою позицию хотя бы в силу того, что Таджикистан приводит конкретные факты и правовые документы, обосновывающие неправомерность его заявлений, доказывающие, что значительная часть земельных и водных ресурсов, которые сейчас используются кыргызами, переданы им таджиками лишь во временное пользование.

Более того, как руководитель кыргызской делегации в межправительственной кыргызско-таджикской совместной комиссии Мамытов демонстрирует явную незаинтересованность в изучении подобной документации, намеренно направляя от Кыргызстана для согласования рабочих вопросов в создаваемых подгруппах неуполномоченных и некомпетентных лиц, имеющих в пять раз ниже статус, чем представители таджикской части этих подгрупп.

Пропал интерес Мамытова и к изучению причин произошедшего 11 января 2014 года пограничного инцидента на таджикско-кыргызской границе. Если ранее он громогласно обвинял во всем таджикскую сторону, то теперь, когда выяснилось, что конфликт произошел по вине кыргызских пограничников и вследствии выполнения ими его прямых неправомерных указаний, Мамытов вообще отказался посылать комиссию для подготовки официального заключения по итогам расследования. Действительно, где мамытовская комиссия? Почему сейчас он предпочитает просто обходить эту неудобную ему тему молчанием? Была бы международная конвенция об ответственности за клевету, был бы и спрос другой. А так…

Таджикскую сторону понять можно. Она мудро «проглотила» очередную хамскую выходку Мамытова. Мол, человек попал в политику случайно, ему простительно. Тем не менее, хотелось бы надеяться, что Мамытову стало стыдно за антитаджикскую риторику по этому вопросу. Но, зная его личность, такое представляется маловероятным. За клевету Мамытов даже и извинений не просит.

Напротив, всё его интервью насквозь пропитано эмоциями и нездоровой радостью от выпячивания собственной значимости и своего непосредственного вклада в осложнение двусторонних таджикско-кыргызских отношений. Чего стоят такие перлы из его интервью, как «Мы не ищем выгоду с соседней страной. Пока нам достаточно перемирия» (т.е. типа «мы не желаем нормальных взаимоотношений, хорошо еще, что не объявили пока войны». Какая «тонкая дипломатия и мудрость» политика высокого ранга, какое «стремление» к урегулированию конфликта и налаживанию добрососедских отношений), «из-за закрытия границ Таджикистан столкнулся с миллионными убытками, из-за подорожания продовольствия и горючего. Но мы предупредили, что не собираемся открывать пункты пропуска» («гуманизм и мудрость» Мамытова в этой фразе проявились во всей своей наготе), «Попросили (таджики-прим. автора) выделить 10-киллометровую дорогу из Ходжолу в Ворух, не проходящую через Ак-Сай. Но мы отклонили такое предложение. Потому что до конфликта мы пользовались дорогой Кок-Таш-Ак-Сай-Тамдык-Хожолу и не собираемся открывать новый маршрут. Они могут пользоваться этой дорогой, если не создадут препятствий местному населению. В противном случае дорога будет перекрыта» (эта его формулировка позиции Кыргызстана лучше всего дает представление о той непростой атмосфере, в какой проходят переговоры. Самодовольство, открытое игнорирование и нежелание учитывать интересы другой стороны переговоров, откровенное хамство и потуги кыргызской делегации претендовать на роль «хозяина положения» - вот что составляет основу позиции кыргызской делегации под руководством Мамытова).

Отдельный разговор о той части интервью, где Мамытов оценивает коррумпированных кыргызских чиновников в связи с функционированием нефтяных скважин в приграничных районах, а также назначение Асанбека Алымкожоева на должность руководителя Генштаба вооруженных сил Кыргызстана. Складывается впечатление, что он публично прозрачно намекает на то, что заинтересованные лица в кыргызской политике совершили большую ошибку, во-первых, не включив его в коррупционные нефте-газовые схемы, а, во-вторых, не утвердив в должности начальника Генштаба, которой он добивался. Отсюда и его угрозы в их адрес.

Между тем, не все обстоит так, как хотелось бы кыргызскому вице-премьеру. Например, высокомерно выражая удовлетворение от инициированной Кыргызстаном транспортной блокады Таджикистана и подчеркивая, как свое личное достижение, возникшие продовольственные проблемы у таджикского населения, Мамытов упускает из вида, что за этот период в пять раз возрос товаропоток на таджикско-китайском и таджикско-афганском направлениях.

По большому счету Кыргызстан продолжил политику соседнего Узбекистана по созданию для Таджикистана режима «высокого благоприятствования». Тем самым добился обратного эффекта, побудив Душанбе к поиску альтернативных транспортных маршрутов, стимулируя к преодолению своей транспортной изоляции (как говорят, не было бы счастья, да несчастье помогло). Однако, нельзя забывать и того, что этими действиями Кыргызстан фактически разрушает интеграционные проекты на пространстве СНГ, в которых Таджикистан занимает весьма важное место.

В свете изложенного, нельзя не заметить, что снобизм, вызывающая наглость и откровенное хамство кыргызское вице-премьера могли бы выглядеть естественными на сельском рынке, но никак не в сфере дипломатии и международных отношений. Возможно, Мамытов до сих пор до конца не осознал, что, к большой трагедии кыргызского народа, ему доверили быть политиком и вести себя должно подобающим образом.

Сколько времени ему нужно для того, чтобы понять это – неизвестно. Ясно одно: скоро должен начаться новый раунд таджикско-кыргызских переговоров и этого времени у сторон нет. Так что, если за «круглым столом» вновь окажется Мамытов, то результат можно спрогнозировать уже сейчас – это продолжение митинговщины, полное непонимание, игра в одни ворота, как следствие, новый конфликт и война.

Понимают ли это таджикские власти, посылающие свою делегацию на переговоры в Бишкек? Скорее да, чем нет. Но, вероятно, они все-таки рассчитывают на разум и мудрость кыргызского руководства. Ведь от того, насколько оно проявит эти качества, во многом зависят будущие отношения не только кырызского и таджикского народов, но и геополитический расклад сил в Центральной Азии. Будем надеяться на лучшее.

Александр Невзоров,

политический обозреватель

Источник: ИС "Авеста"