В МВД Таджикистана в рамках реформы милиции планируют создать во всех отделениях специальные кабинеты для допросов с видеонаблюдением.

За последние три года к правозащитникам обратились десятки граждан с жалобами, что их родственников во время допросов пытают ради получения признательных показаний.

Нурулло Ашуров обратился к правозащитникам около месяца назад с жалобой, что его сына Алиджона Ашурова якобы пытают в милиции. Молодого человека задержали в декабре прошлого года по обвинению в экстремизме. Более месяца Нурулло пытался увидеться с сыном, но ни его, ни адвокатов к подследственному так и не пустили. Только в первых числах февраля отцу разрешили увидеть сына. на свидании тот рассказал, что со дня задержания его постоянно избивают следователи – пытаются выбить признательные показания.

"Через пятнадцать дней после того, как мы поменяли адвоката, ведь предыдущий не справлялся, нас пустили в изолятор временного содержания, чтобы мы увидели сына. И тогда Алиджон сказал мне, что так часто били, что у него все тело болит не переставая. Он попросил нас привезти лекарства. Также сын сказал, что в первый раз его избили так сильно, что он четыре дня не мог есть и его кормили его с ложки", – рассказывает отец.

Большинство фактов пыток подследственных в Таджикистане юристы доказать не могут, рассказывают они. На допрос адвокатов не пускают и они неделями не могут добиться встречи с клиентами. Увидеть подзащитного удается, говорят правозащитники, когда следов избиения уже не остается. Чтобы посадить в тюрьму человека и закрыть дело следователю нужны лишь признательные показания. Поэтому, по словам правозащитников, пытки в милиции сегодня стали обыденностью.

"Доступ адвоката к подзащитному. Хотя в законе у нас имеется право на защитника, согласно статье 53, 46, 47 о беспрепятственном получении свидания с адвокатом и без ограничения времени. Но есть такие препоны, как согласие следователя. То есть следователь должен дать в орган заключения и лишения свободы и только после этого администрация предоставляет доступ адвоката к подзащитному", – рассказывает Абдурахмон Шарипов, юрист "Независимого центра по защите прав человека".

В МВД согласны с тем, что следователи иногда превышают свои полномочия. Чтобы избежать таких обвинений в будущем в МВД решили создать в каждом отделении милиции допросные кабинеты с видеокамерами. Финансирование ведомство надеется получить от международных доноров.

"Для того, чтобы обеспечить все отделении милиции такими допросными на каждое отделение нужно по 80 тысяч сомони для каждого, то есть 8500 долларов. В общей сложности нам необходимо около 730 тысяч долларов", – говорит Алишер Махмадализода, начальник Управления уголовного розыска МВД.

По словам правозащитников, идея специальных допросных кабинетов – хороша, но ее эффективность в сегодняшних условиях работы МВД сомнительна. В некоторых отделениях милиции камеры сегодня уже есть. Видеонаблюдение ведется и в изоляторах временного содержания, но адвокаты не могут добиться передачи им видеозаписей.

"Есть проблема. Адвокаты когда требуют видеозаписи с камер видеонаблюдения, которые установлены в зданиях ИВС во многих случаях им отвечают, что по техническим причинам камеры в это время не работали или не были подключены из-за отсутствия подачи электроэнергии", – рассказывает правозащитник Абдурахмон Шарипов.

Для того, чтобы польза от видеонаблюдения действительно была, нужны специальные инструкции для отделений милиции, говорят правозащитники. В них нужно указать, что все допросы обязательно должны проходить в специальных помещениях и только при условии, что камеры исправны и ведется видеозапись, а если следователь не выполняет это условие, его нужно наказывать. Также адвокаты рекомендуют убрать из законодательства пункт, согласно которому признательных показаний достаточно для того, чтобы посадить человека.

Анушервон Арипов, Насим Исамов

Источник: "Настоящее время"