Таджикистан является государством, зависящим от гуманитарной помощи иностранных доноров, но это не мешает администрации президента Эмомали Рахмона осуществлять сумасбродные и расточительные строительные проекты.

Последним примером подобного является начало строительства театра, который, по информации с веб-сайта президента Таджикистана, станет самым крупным подобным объектом в Центральной Азии.

Ожидается, что театр обойдется в $100 млн. Он станет очередной «жемчужиной» в длинном списке грандиозных проектов, целью которых, судя по всему, является повышение имиджа самой бедной из республик бывшего СССР. Ранее в Таджикистане построили флагшток, в течение непродолжительного срока являвшийся самым высоким в мире (сооружен в 2011 г.), а также самую большую в Центральной Азии библиотеку (2012 г.), музей (2013 г.) и чайхану (2014 г.).

Президент Рахмон заложил первый камень в основание строящегося театра 17 марта. По словам его администрации, здание будет красивейшим в Центральной Азии. Самый большой из трех концертных залов театра рассчитан на 2,5 тыс мест и будет «оснащен на мировом уровне». Данное пятиэтажное строение будет примыкать к прочим имиджевым строениям вокруг вышеупомянутого флагштока, который в сентябре прошлого года исключили из Книги рекордов Гиннеса после того, как в Саудовской Аравии был построен еще более грандиозный схожий объект.

Некоторые из местных наблюдателей задаются вопросом, является ли постройка театра разумным расходованием ограниченных ресурсов республики. Таджикистан регулярно сталкивается с дефицитом бюджета и зависит от иностранной помощи в вопросе обеспечения многих ключевых аспектов социального обслуживания населения. В 2010-2013 гг. Всемирный банк предоставил Душанбе безвозмездную помощь на сумму $55,4 млн, а в этом году намерен дать еще $20 млн. Азиатский банк развития выделил в этом году $20 млн на бюджетную поддержку, и еще $59 млн на «поддержку развития частного сектора, железных дорог и водных ресурсов, а также на помощь в улучшении инвестиционного климата», заявила организация в январе. Ежегодно помогают республике и другие доноры, включая Госдепартамент США, в этом году выделивший для Таджикистана $30 млн.

Кроме того, в Таджикистане и так хватает театров. Зато театралов, судя по всему, не очень много.

По словам одного из кассиров душанбинского Академического театра имени Абулкосима Лохути, из 500 кресел в зале часто заняты лишь около 50. Когда приходят школьные группы, наполненность зала может иногда доходить до 50%. Та же ситуация в столичном Русском государственном драматическом театре имени Маяковского.

Любители театра отмечают, что после развала СССР прекратилось государственное финансирование данной сферы, в результате чего театральные труппы и школы искусства страдают от нехватки средств. «Я ходила в театр в Харькове на постановку об отношениях в семье. Я видела боль и страдания [в игре актеров]. Все это тронуло меня. В наших театрах я подобного не чувствую. Люди на сцене что-то делают и говорят, но их игра не трогает нас», – сказала EurasiaNet.org. 25-летняя домохозяйка Зайнура Обидова.

По словам Амаль Ханум Гаджиевой из Культурного центра «Бактрия» в Душанбе, по причине низкого качества современных постановок постсоветское поколение потеряло интерес к театру, но если государство хочет поддержать искусство, нет необходимости строить новый театр. «Я часто хожу в оперу и балет, и там обычно на сцене людей больше, чем в зале. У меня всегда в глазах стоят слезы, [т.к.] мне жалко актеров», – отметила она.

Гаджиева привела в качестве примера ситуацию с театральным режиссером Барзу Абдуразаковым, уехавшим в 2014 году из Таджикистана в Кыргызстан, объяснив свое решение нехваткой интереса к его работе со стороны как публики, так и властей. «Его постановки удостаиваются новых призов и наград. К сожалению, они теперь повышают имидж не Таджикистана, а Кыргызстана и Казахстана», – заявила она в разговоре с EurasiaNet.org.

«Как они собираются заполнять этот новый театр? Наверное, пригонят полк солдат, или студентов и школьников. Но актеры работают не для этих зрителей … Те, кого насильно заставляют ходить в театр, грызут семечки или разговаривают по мобильному телефону, мешая остальным в зале», – посетовала она.

Власти не проявляют особого желания говорить о стоимости постройки нового театра. Подобная молчаливость вполне понятна в городе, многие жители которого считают, что чиновники используют стройки для перекачки государственных денег в частные карманы. Чиновник из городского управления строительства отказался разговаривать с EurasiaNet.org. Отказался от комментариев и высокопоставленный представитель Министерства культуры, сказав лишь, что деньги на строительство будут выделены из госбюджета.

Но Саодат Ибрагимова из Отдела инвестиций Министерства финансов сообщила нашему изданию, что по смете проект будет стоить около 600 млн сомони (примерно $100 млн).

Эта цифра привела Гаджиеву в ужас.

«[В Таджикистане] есть дети, которые недоедают, пенсионерам урезают пенсии, инвалидов постоянно заставляют подтверждать инвалидность, но в то же время огромные суммы тратятся на театр. Зачем?» – заявила она, назвав данный проект «пиром во время чумы».

Но власти настаивают, что это стоящее вложение. По словам Хабиба Сулаймони из Отдела искусства Министерства культуры, в каждой стране есть государственный театр. Поэтому нужен он и Таджикистану.

«[В новом театре] будут ставить национальные спектакли и постановки. В наше время зрители хотят, чтобы на сцене отражались современные проблемы и социальные страдания», – сказал он EurasiaNet.org, добавив, что 67% будущих работников театра сейчас учатся за рубежом, чтобы потом по возврар.

Данная девятиэтажная библиотека площадью 45 тыс квадратных метров обошлась, по официальным данным, в $40 млн. (Фото: Дэвид Триллинг)

Эта чайхана (фото 2013 г.), по подсчетам западных официальных лиц, обошлась в $60 млн. (Фото: Дэвид Триллинг)

Этот флагшток был некогда самым высоким в мире. По словам чиновников, целью данного имиджевого проекта было угодить президенту. (Фото: Дэвид Триллинг)

Источник: EURASIANET.org