Сегодня, 2 июля, исполнилось бы 70 лет одному из самых ярких и талантливых художников Таджикистана – Сухробу Усмановичу КУРБАНОВУ.

Будучи по образованию художником-монументалистом, Сухроб Курбанов в начале своего творческого пути в соавторстве с другими мастерами активно занялся оформлением крупных архитектурных и промышленных объектов Таджикистана. К наиболее значительным его достижениям в этой области можно отнести роспись во дворце «Вахдат» (1974), ряд гобеленов в здании Национальной библиотеки им. А. Фирдавси (1978-1980), скульптурную композицию на торце Дома литераторов им. М. Турсун-заде (1981) в столице Душанбе, а также мозаику на здании Гидроэлетростанции в Нуреке (1987г.).

Справка: Сухроб Курбанов родился в 1946 году в г. Курган-Тюбе. Окончил художественный колледж в Душанбе, Московский государственный художественный институт им. Сурикова (1971г.). Председатель Союза художников Таджикистана (1982-2012гг.), член международной конфедерации художников (Москва). Лауреат премии Ленинского Комсомола (1977г.), Народный художник СССР (1990г.) и Таджикской ССР (1986г.). Курбанов является трижды лауреатом Государственной премии Таджикистана им. А. Рудаки (1990,1996,2010гг.). Почетный член Академий художеств Кыргызстана (1998г.), России (2009г.), Украины (2012г.), почетный профессор Шанхайского университета ( 2011г.) и Художественного института Нанкина (2012г.). В 2000 г. удостоен Золотой Пушкинской медали России, в 2016 г.- почетного знака Министерства иностранных дел России за особый вклад в международное сотрудничество.

Однако работа в станковой живописи для художника-монументалиста всегда является более сокровенным действом, нежели оформительская, монументальная. В небольших, чаше всего квадратных по формату картинах, для него было важно все до мелочей, каждую деталь он подчинял выражению главной идеи. В своем творчестве С. Курбанов активно взаимодействовал с традициями таких техник как кундаль (живопись по рельефной поверхности), в настоящее время сохранившийся только в Таджикистане, орнаментальная роспись, отчасти миниатюра.

Художник стремился совместить декоративность национального таджикского искусства с системой профессиональной европейской живописи. Он был не одинок в своих поисках. Однако, если у других эта общность выражается спонтанно, исподволь, стихийно, то по отношению к творчеству С. Курбанова можно говорить о его собственной системе живописи, настолько осознанно он вел свой поиск.

Творчество художника, порой напоминающее аналитические опыты, свидетельствует о том, что, чем глубже он вникал в проблему, тем сложнее она ему представлялась. Временами он стремился к прямому использованию традиционных мотивов, и тогда возникали изображения птиц, излюбленных символов человеческой души на Востоке, рисунок арабески как воплощение извечной темы творения и обновления мира, графемы арабского письма, краеугольного камня всей мусульманской цивилизации. Особенно по нраву ему была различная интерпретация образа коня, являющегося у таджиков олицетворением культа солнца.

Нередко его мир сопричастен литературному - и тогда в них без труда можно найти знакомые мотивы персидско-таджикской поэзии. Художник искал свое, созвучное ему начало, а потому символическое, аллегорическое решение присутствует в подобных его работах.

Своеобразной энциклопедией истории таджикского народа можно считать необычайный по своей художественной значимости цикл из четырех картин под названием «Единое во множественном, множественное - в едином», над которым он работал семнадцать лет с 1992 по 2009 год. Каждая часть этой серии представляет собой монументальную картину, где на коричневом фоне, словно на скрижалях истории, высечены белилами исторические события.

В центре главной композицию представлен Фирдавси со своей великим сочинением  «Шахнаме» в руках. Вся его фигура, от которой исходит душевный свет, как бы прорастает, становясь могучим древом жизни. Это изображение окружено композициями -комментариями из истории таджикского народа с древности и до наших дней. Вместе с тем, являясь самостоятельным, законченным произведением каждая из них наряду с другими создает единую в своем стиле серию национальной истории. Сознательно выбранная мастером удлиненность пропорций ослаблена за счет редких горизонтальных членений, подчеркивания складок одежды. Порой архитектурные детали, языки пламени, перекрещиваясь, создавая пучки, плавно расходясь и сливаясь, сами превращаются в орнаментальное изображение.

Величайшему памятнику персидско-таджикской литературы поэме Фирдавси "Шахнаме" (10в.) суждено было жить в различных культурах, на разных языках и в разнообразных формах -- подлиннике, переводах, подражаниях. "Книга царей" копировалась, богато украшалась и иллюстрировалась бесчисленное количество раз во многих странах.  В этот раз она была представлена в современной живописной версии художника Сухроба Курбанова, подобной которой в истории таджикского искусства еще не было никогда создано.

В последних произведениях мастера нарастает декоративность, ярче становятся краски (серия «Павлины» 2001г., «Композиция» 2002г., «Вишня», «Натюрморт», «Два попугая» 2002г., «Падающие вишни» 2003г., пейзажи 2014-2015гг. и др.). Одни из них основаны на  многократно повторяющихся, чаще всего простых элементах, вторые имеют лишь один рисунок , чаще всего сложный, который занимает основное место в композиции и содержит определенный смысл.

Выражение декоративности через сдержанность, строгая логика форм, некоторый геометризм композиции, эстетизация облагороженных временем предметов - все это не только дань уважения старым мастерам, но и собственная художническая природа автора, его позиции. Синтезируя в своем творчестве различные древние и современные мотивы, стилистические реминисценции он оставляет право выбора за собой.

С. Курбанов представлял собой тип художника, для которого важен интеллектуальный ценз мастера образованного и разностороннего, проявляющего интерес ко многим проблемам сегодняшнего и прошлого дня, открытого новейшим веяниям. Ему претили однозначность образности, и в каждом его полотне нужно уметь читать подтекст, особую ассоциативность и метафоричность, как бы отражающую «культурную память» собственного народа. Подобная направленность его творческих поисков позволила ему выйти к универсальным, историко-художественным проблемам, и, наконец, стать неким брендом современной культуры Таджикистана.

Источник: Азия-Плюс