Скоропостижные смерти известных людей, родственников, дальних и близких знакомых выбивают из колеи. Чувство страха постепенно уходит на второй план, сменяясь отчаянием и горечью утраты.

Душанбинцам стало уже не так важно, сколько на полках запасов масла, муки или риса. Заботы сместились в другой, более значимый ракурс, и теперь измеряются ценностью жизни. В личной беседе, в разговорах с по телефону, в сообщениях только одна тема - кто-то вновь преждевременно ушел из жизни, не успев попрощаться.

Взгляд из окна на жизнь Душанбе

Местные не устают повторять, что Душанбе - большая деревня, где все про всех знают. Теперь эта особенность только бьет по нервам. Для того, чтобы понять, что происходит в городе, необязательно далеко ходить, достаточно выглянуть из окна квартиры или выйти за забор хавли.

Практика за последний месяц устоявшаяся: и самоизоляцию не нарушаешь, и дистанцию соблюдаешь, и нос по ветру держишь. Увы, если раньше можно было наблюдать за свадебными приготовлениями соседской внучки или приехавшими из Москвы родственниками, то теперь частые гости на любой улице - это машины скорой помощи или службы санэпиднадзора.

Причем ранее казавшиеся забавными защитные костюмы вызывают не улыбку или удивление, а чувство настороженности и даже страха.

"Мы живем на первом этаже, из окна виден вход в подъезд. Волей-неволей я все слышу и вижу. Если честно, уже со счета сбилась, сколько раз к нам в дом и в дома напротив приезжали белые машины. Знаю, что у нас в подъезде несколько семей переболели коронавирусом, сейчас до сих пор приходят в себя взрослые. Дети - здоровы, никто не умер", - с волнением делится Гулрухсор, жительница 82-го микрорайона.

Фирдавс из махаллы Калинина живет неподалеку от местного мазора (кладбище) и видит "работу" коронавируса.

"Я всю жизнь живу рядом с таким, можно сказать, святым местом, уже привык, что люди толпами провожают в последний путь своих близких. Сегодня джаназа (мусульманский похоронный обряд - ред.) проводится совсем не так. Усопших привозят на скорой помощи, людей почти нет, максимум 3-4 человека", - делится наблюдениями молодой человек.

Так уж заведено, что в Таджикистане сосед соседу брат, и слова из старой песни "провожали всем двором" для всех без исключения людей не пустая фраза. Сегодня эту традицию пришлось прервать ради безопасности, несмотря на общественное возмущение.

Раньше таджикские женщины в паузах между приготовлением пиши и хозяйственными делами собирались на лавочках во дворе и делились всеми новостями. Теперь Сайфия, старожил пятиэтажки в 65-м микрорайоне Душанбе, чувствует себя одиноко без подруг.

"В доме напротив в трех подъездах были заболевшие. Одна женщина умерла. После тут же пришли службы обрабатывать весь подъезд. Все вокруг опыляли растворами. Я до сих пор не могу прийти в себя", - делится она в слезах. 

Оказалось, что скончавшаяся молодая женщина приехала из Куляба, чтобы ухаживать за престарелой мамой. Возможно, женщина "подцепила" коронавирус где-то в дороге, а теперь ее несовершеннолетние дети остались сиротами.

Слезы майских утрат

Наиболее стрессоустойчивые также заходят в соцсети, переполненные постами о смертях видных ученых, врачей, писателей, государственных деятелей, представителей творческой интеллигенции.

Так, 13 мая коронавирус забрал известного советского и таджикского журналиста, лингвиста, профессора, преподавателя Таджикского национального университета 85-летнего Бахриддина Камолиддинова.

Как рассказал Sputnik Таджикистан, один из членов его большой семьи, профессор резко почувствовал недомогание и слабость.

"После того как ему стало плохо, невестка сразу стала ухаживать за ним и за его сыном, который слег с такими же симптомами, следуя при этом всем назначениям врача", - поделился собеседник.

Пожилому мужчине становилось все хуже, стало тяжело дышать. Его разметили в одной из душанбинский клиник в районе железнодорожного вокзала. Он пробыл там ровно два дня под аппаратом ИВЛ, но все усилия врачей оказались безуспешными.

Как известно, беда не приходит одна: Камолиддинов был похоронен в один день со своей 52-летней дочерью, которая страдала хроническим бронхитом и тоже не смогла побороть коварный вирус. Они умерли с разницей в несколько часов.

Не менее трагична история известного оператора Гостелерадио 47-летнего Ситама Мухиддинова. О его смерти стало известно 4 мая, за несколько дней до этого его госпитализировали в больницу с высокой температурой и пневмонией.

"Он поехал ухаживать за больным отцом, но самому стало плохо. Аки Ситама положили в больницу, он несколько дней там пролежал, но у него была сопутствующая сердечная болезнь, организм не справился", - рассказала Нигина, знакомая семьи Мухиддиновых.

У мужчины осталась семья - жена-домохозяйка, старший сын-студент юрфака РТСУ, дочь и еще двое несовершеннолетних сыновей.

В сентябре прошлого года у Мухиддиновых трагически умер еще один мальчик, его насмерть сбила машина. 

Имена последних некрологов 

Последние статистические данные показывают, что Таджикистан всего за три недели вышел на первое место в Центрально-Азиатском регионе по числу летальных исходов от коронавируса.

Среди погибших - известный таджикский врач, один из ведущих хирургов республики, писатель, 72- летний Саидшох Акрамов; 63-летний актер Абдукахор Раджабов; начальник аппарата Главного управления пограничных войск полковник Саидджалол Сафаров и его супруга; бывший председатель "Амонатбанка" Рухулло Хакимзода и его сын и многие другие.

Очень хочется поставить в этом списке точку, но увы, предугадать сколько еще людей окажутся под прицелом вируса, к сожалению, невозможно.

Конечно, в такое время важно не поддаваться панике и сохранять стойкость духа. Богословы разных конфессий сходятся во мнении, что коронавирус - испытание, выпавшее на долю людей.

Мусульмане верят, что каждый человек, умерший в период благословенного месяца Рамазан, или же в пятницу, будет избавлен от наказаний, а врата рая остаются для него открытыми. Утешая друг друга по телефону, душанбинцы напоминают об этой милости Всевышнего.

Источник: "Sputnik-Таджикистан"