Суд Самаркандского района оштрафовал учительницу и гражданскую активистку Амину Шарофиддинову за то, что в посвященном ей документальном фильме она рассказала о сокращении количества школ с таджикским языком обучения в Узбекистане.

Заседание состоялось 22 декабря. Суд признал Шарофиддинову виновной по статье 184-3 («Изготовление, хранение или распространение материалов, пропагандирующих национальную, расовую, этническую или религиозную вражду») Кодекса Узбекистана об административной ответственности.

Данная статья предусматривает для граждан наложение штрафа в размере от 50 до 100 базовых расчетных величин. По информации СМИ, жительнице Самарканда назначили денежное взыскание на уровне 80 БРВ, то есть штраф составит 27,2 млн сумов (около $2200; с 1 декабря размер одной БРВ увеличился с 330 тысяч до 340 тысяч сумов. — Прим. «Ферганы») .

Как пишет общественный деятель Qanat Odil в своем Facebook (соцсеть принадлежит корпорации Meta, признанной в РФ экстремистской), внимание узбекских властей привлекли статистические данные, озвученные в фильме «Гурдофарид культуры» (Гурдофарид — героиня эпоса «Шах-наме», которая сражалась наравне с мужчинами. — Прим. «Ферганы»). В ленте, снятой три месяца назад к 60-летию Шарофиддиновой, педагог сообщила, что в Узбекистане не дают возможность развивать таджикскую культуру, а количество школ и классов с таджикским языком обучения резко сократилось.

На суде обвиняемая подтвердила свою мысль статистикой, заявив, что 30 лет назад в республике было 512 школ с таджикским языком обучения, сейчас осталось 245. По ее словам, если в 1998 году в Самарканде насчитывалось 85 таджикских общеобразовательных заведений, то в настоящее время действуют 33 таких школы. К тому же в городе нет таджикского театра, добавила Шарофиддинова. Она спросила судью: разве эти данные не верны? Тот сказал, что в Узбекистане всем народам даны равные права, и назначил фигурантке дела штраф.

«Меня осудили за какие-то слова, которые якобы идут вразрез с идеологией государства. Правда, я так и не поняла, что я сделала не так?» — резюмировала самаркандка.

Отметим, что ситуация с таджикскими школами в Узбекистане начала резко ухудшаться во времена правления Ислама Каримова. Такие заведения закрывались даже в Самарканде и Бухаре — городах, где для большей части населения таджикский язык является родным.

По мнению представителей таджикской интеллигенции Узбекистана, за последние пять лет в данном направлении наблюдается прогресс. Например, в Ташкенте изданы книги поэтов соседней республики, в двух вузах открыли отделения таджикской филологии, в Ташкентской области — несколько школ. При этом некоторые эксперты объясняют общее сокращение общеобразовательных учреждений с таджикским языком обучения падением спроса на них.

Амина Шарофиддинова родилась в 1963 году в селе Гулбог Самаркандского района. Она с отличием окончила факультет таджикского языка и литературы Самаркандского пединститута, имеет солидный стаж преподавательской деятельности. Шарофиддинова — автор учебника «Таджикский язык» за седьмой класс и более 50 научных статей. Известна тем, что защищает и популяризирует таджикскую культуру в Узбекистане.

Источник: Фергана