В середине февраля 2015 года исполнится ровно 25 лет, как произошли известные «февральские события», которые во многом определили будущее Таджикистана. Сегодня, спустя четверть века, многое из того, что произошло в феврале 1990-го, политологами и аналитиками оценивается совершенно не так, как прежде. Андрей Захватов, российский политический обозреватель, даёт свою оценку тем событиям, которые охватили Душанбе зимним месяцем 90-го.

- Андрей Васильевич, как известно, до начала гражданской войны и до переезда в Россию вы жили и работали в Таджикистане. Где вас застали февральские события 1990 года?

- Строго говоря, после февральских событий 1990 года я еще долго работал в республике, в том числе и во время гражданской войны, и российское гражданство у меня лишь с конца 2003 года. События февраля застали меня на работе, в проектном институте «Таджикгипроводхоз». Он расположен в 7 минутах ходьбы от центра Душанбе, поэтому можно было видеть, как к зданию ЦК шло большое количество людей – я это видел сам. Хорошо помню, как руководство института и партийный комитет срочно организовали отправку сотрудников на институтских автобусах домой. Да и многое другое, что происходило в последующие дни, видел своими глазами.   

- Считаете ли вы, что первый митинг был вызван слухами о выделении жилья в городе армянским беженцам из Азербайджана?

- Отвечая на этот вопрос, надо отделять причины, побудившие людей выйти на митинг, и повод к массовым выступлениям. Поводом, как и многие другие обозреватели, я также считаю именно этот слух. Если вспомнить Великую Отечественную войну, то тогда Таджикистан принял десятки тысяч беженцев, эвакуированных из России, Украины, Белоруссии и Прибалтики. С этими людьми таджикский народ разделил кров и хлеб, и никто не протестовал. Мама и бабушка премьер-министра России Дмитрия Медведева жили в эвакуации в Таджикистане. Десятки тысяч таджиков сражались на фронтах, 15 из них стали Героями Советского Союза. 

Причинами же недовольства людей в 1990 году было другое. К 1990 году социальная обстановка в республике в корне изменилась. Низкий уровень жизни людей, появившаяся в результате горбачевской перестройки возможность открыто выразить свое отношение к той или иной стороне жизни, возросший уровень национального самосознания – вот, на мой взгляд, неполный ряд причин того, что произошло в том феврале.

- Некоторые историки и аналитики говорят, что февральские события стали началом гражданской войны. Что вы думаете по этому поводу?

- В результате уличных столкновений в Душанбе погибло примерно 25 человек, сотни людей были ранены. Мнения политологов относительно того, считать ли это началом гражданской войны или не считать, разделились. Кто-то отстаивает точку зрения, что февральские события стали результатом борьбы за власть. Кто-то говорит о том, что все произошло стихийно. Кто-то говорит о неблагополучных межнациональных отношениях. На мой взгляд, каждый в чем-то прав, и я думаю, что дать однозначный ответ на ваш вопрос невозможно. Февральские события, на мой взгляд, – это еще не начало гражданской войны. Это был пролог к гражданской войне, предпосылок к которой было предостаточно.

- Считаете ли вы, что в организации митингов и последующей нестабильности в Таджикистане не последнюю роль сыграли внешние силы?

- Полагаю, что да. В 1989 году состоялся вывод советских войск из Афганистана, Советский Союз был окружен кольцом стран-недоброжелателей, осуждавших 10-летнюю афганскую войну и не сидевших сложа руки. В изменение внутриполитической обстановки в Таджикистане свой «вклад» внесли сторонники ваххабизма. Проповедники этого течения стали появляться в Таджикистане задолго до февраля 1990 года.

Хорошо помню лето далекого 1973 года. Тогда после 3-го курса института я проходил производственную практику в Гармском управлении оросительных систем - в горном Каратегине, в Новабаде. Прилетел из Душанбе самолетом в Гарм и ждал автобус, чтобы доехать до Новабада. Подходит ко мне чисто одетый молодой человек лет 23-25 и на хорошем русском языке спрашивает, как доехать до Новабада.

- И кто же он был?

- Пока мы ждали автобус, разговорились. Он представился студентом медресе, сейчас уже не помню – одной из арабских стран. Он рассказал, что приехал проходить практику в мечетях Каратегина. В совершенстве владеет английским, арабским, таджикским, хорошо говорит на русском. Хорошо помню, что, как только мы с ним доехали до Новабада, у автобуса нас встретил начальник местной милиции и предложил пройти в отделение для проверки документов. Видимо, ему уже позвонили из аэропорта – уж очень необычным выглядел гость. С документами у меня и у него было все нормально, но майор милиции выглядел встревоженным. Видимо, чувствовал, что приехал этот человек не просто так.

Прошел месяц моей практики, и я снова встретил этого молодого человека – на этот раз в Таджикабаде. Какими были истинные цели этого молодого человека в районе, который стал печально известен в 90-е годы и в 2010 году, когда произошло вооруженное столкновение в ущелье Камароб – об этом можно только догадываться.

- Андрей Васильевич, согласны ли вы с тем, что на площадь вышли тогда в основном люди, требовавшие перемен?

- Полагаю, что да. Люди желали перемен. Когда на площадь выходят не десятки людей, а тысячи, всегда полезно задать себе вопрос: что движет этими людьми, какова их мотивация? Я уверен, подкупить деньгами всю эту массу людей в феврале 1990-го и заставить их выйти на площадь силой денег было невозможно. Люди вышли к ЦК точно так же, как в Киеве вышли на Майдан, - будучи убежденными в том, что они правы. Человек так устроен, что он хорошо делает только то, в чем он сам себя убедил. Сожаление у меня вызывает лишь то, что протест в Душанбе был далеко не мирным.

- По вашему мнению, февральские события 1990 года в Душанбе получили исчерпывающую историческую оценку?

- Дать оценку тому или иному событию в истории можно по-разному. Власть устраивает одна интерпретация событий, оппозицию – другая. Оценка событий – дело важное. Но, на мой взгляд, выводы, которые должна делать власть, если она хочет править успешно и долго, – эти выводы важнее, чем оценка событий. История – это хороший учитель, который дает урок. Но уроки февраля 1990-го – это уже другой разговор…

Беседовала Хумайро Бахтиер

Источник: ИА "Азия-плюс"