Сближение Китая и России приносит глобальные перемены, которые не нравятся Западу. Мартовские переговоры лидеров двух стран укрепили фундамент справедливого многополярного мироустройства. Американскиегазеты спешат дискредитировать сотрудничество двух держав. Они уцепились за фразу посла КНР в ЕС, что заявление о «безграничной дружбе» – риторический прием. Однако в Кремле подчеркнули, что ориентируются на содержание контактов между главами двух государств. Москва и Пекин обсуждали в том числе ситуацию в Центральной Азии. Они намерены активно развивать транспортно-логистические коридоры, проходящие через регион, и координировать поддержку центральноазиатских стран. Как эти планы скажутся на Казахстане, в интервью «Евразия.Эксперт» оценил старший научный сотрудник Института Тайхэ и председатель Asia Narratives Channel Эйнар Танген.

– Господин Танген, что означает для Казахстана сближение России и Китая?

– Распад СССР привел к расколу между его бывшими членами, которые идентифицировали себя как более европейские, и теми, кто считал себя центральноазиатскими. Россия, которая была ядром СССР, была среди тех, кто смотрел на Запад. Но в речи на Мюнхенской конференции по безопасности Путин выразил свой гнев и разочарование по поводу расширения НАТО и экономической изоляции, в которую загоняли Россию. Он поклялся бросить вызов мировому порядку, возглавляемому США.

Сегодня, после 9 лет конфликта на Украине, Россия завершила свой поворот в сторону Центральной и Восточной Азии. Растущие экономические связи между Китаем и Россией сигнализируют об изменении как экономической, так и культурной идентичности.

Для России жизненно важно иметь альтернативы. Загнав крупнейшую ядерную державу в угол, можно получить катастрофические последствия. На последней встрече Си Цзиньпин создал отдушину для России, которая теперь является частью экономического блока, связывающего ее с крупнейшими производственными центрами, центрами снабжения и мировыми рынками.

Для государств Центральной Азии, таких как Казахстан, культурное и экономическое совмещение является более сложным вопросом из-за растущей обеспокоенности географическими и экономическими реалиями российско-китайского совмещения курсов и стремления сохранить независимость. Чем все закончится, зависит от того, как два его крупных соседа будут выстраивать дипломатические отношения.

Китай и Россия, как правило, придерживаются разных подходов к внешней политике. Но, надеюсь, они будут помнить, что рабочая многополярная структура больше опирается на консенсус, а не на принуждение, которое оба государства ощущали со стороны США. То есть, что эти державы не будут делать с другими того, против чего выступали сами.

– Как стратегическое партнерство между Москвой и Пекином влияет на стабильность и безопасность в Казахстане и в Центральной Азии в целом?

– Желание Пекина состоит в том, чтобы покончить с конкуренцией идеологических блоков в пользу вестфальской системы. Эта система делает упор на развитие, безопасность государств, уважение к сложному идеологическому, политическому, экономическому, правовому, социальному, историческому и культурному составу государств и их праву определять свой собственный путь модернизации. В зависимости от того, насколько это станет глобальной нормой, страны смогут свободно развиваться на своих собственных условиях и в установленные сроки и разрешать споры с помощью международных механизмов, таких как Организация Объединенных Наций.

– На Ваш взгляд, предпринимают ли Москва и Пекин достаточные меры для предотвращения деструктивного воздействия на население Казахстана и Центральноазиатского региона в целом со стороны Запада? Какие эффективные меры могут быть приняты против подобных шагов?

– Давайте признаем, что развивающиеся страны находятся в противоречии с развитыми колониальными державами и их покровителями по вопросам идеологии, политики и экономики. В то время как такие исследователи, как Хантингтон, пытались изобразить это как борьбу между «цивилизациями», по сути, это тонкое прикрытие для поддержания нынешней глобальной структуры, где 14% населения процветают за счет 86%.

Подход Пекина заключался в выдвижении трех инициатив в области развития, безопасности и культуры, которые создают основу для «построения общего будущего». Если это приемлемо для большинства из 86% и они будут процветать, мир вступит в новую реальность.

Если вопрос в том, помогут ли оборонительные политические и/или военные союзы, то такая тактика была кратчайшим путем к конфронтации во время Первой мировой войны. Она сыграла бы на руку развитым странам, которые сочли бы оправданным оказывать еще большее политическое и экономическое давление на 86% населения. Мудрость – это способность понимать, что мы живем в мире, где разница между сегодняшними решениями и завтрашними проблемами – только во времени.

Источник: «Евразия.Эксперт»