Российскую военную базу в Таджикистане привязали к президентским выборам.

Визит спикера Госдумы РФ Сергея Нарышкина в Таджикистан, запланированный на начало сентября, перенесен на октябрь. По мнению экспертов, Россия ждет от президента Эмомали Рахмона выполнения обещаний: на переговорах с Владимиром Путиным в Ново-Огареве он заверил, что осенью парламент ратифицирует соглашение по условиям пребывания в республике российской 201-й военной базы. В ответ Рахмон надеялся заручиться поддержкой Кремля на приближающихся выборах президента Таджикистана. 

Парламент Таджикистана в очередной раз перенес срок ратификации соглашения по условиям пребывания в республике 201-й российской военной базы. В Ново-Огареве Рахмон заверил Путина: первое, что сделают депутаты, собравшись на осеннюю сессию, так это решат вопрос с российскими военнослужащими. Депутаты собрались, но ратификацию соглашения по 201-й базе перенесли на 2–3 октября. Зная реалии Таджикистана, трудно представить, что народные избранники решили проявить своеволие. Скорее налицо попытка Душанбе реализовать по-восточному церемониальный сценарий: депутаты ратифицируют договор, 4 октября правящая Народно-демократическая партия Таджикистана (НДПТ) на своем съезде официально выдвигает Эмомали Рахмона кандидатом в президенты. Нахождение (возможно) в эти дни в Таджикистане Сергея Нарышкина будет обставлено для местного населения как поддержка Москвы действующего главы республики. 

От осведомленных источников «НГ» стало известно, что на Западе крайне раздражены происходящим в Таджикистане в целом и «нескончаемым правлением Эмомали Рахмона», в частности. До последнего времени Запад терпел многовекторность Душанбе, считая, что в конце концов она приведет к разрыву или серьезному охлаждению отношений с Москвой. Однако вышло иначе – московский вектор стал превалировать в таджикской политике, и потому на поддержку Запада Рахмону, похоже, рассчитывать нечего. Но у противников его правления нет серьезного ставленника. Хотя оппозиция – Партия исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ) и Социал-демократическая партия Таджикистана (СДПТ) – и сумела впервые неожиданно объединиться в коалицию под названием «Объединение реформаторских сил Таджикистана» (ОРСТ). Сегодня, как стало известно «НГ», ОРСТ начинает обсуждать кандидатуру на пост президента. 

Накануне таджикское издание «Азия плюс» назвало имена возможных претендентов. Среди них лидер СДПТ Рахматилло Зойиров, которому и принадлежит идея объединения партий и выдвижения единого кандидата. Зойиров сказал «НГ», что готов участвовать в выборах, «если никто другой не возьмет на себя эту инициативу». При этом политик признался, что опасается развала ОРСТ. «Власть предпринимает попытки внести в альянс раскол. Именно поэтому все еще не названо имя кандидата от оппозиции», – сказал «НГ» Рахматилло Зойиров.

Лидер ПИВТ Мухиддин Кабири – наиболее яркий политик, за которым стоит многочисленный электорат. Однако несмотря на то, что сам он является умеренным политиком, его победа, скорее всего, будет воспринята как победа именно ПИВТ, а не оппозиционного альянса ОРСТ. А это будет конец светского правления. Тем более что на днях популярный таджикский политик и религиозный деятель Ходжи Акбар Тураджонзода призвал сторонников ПИВТ и ее членов не предавать партию, ибо она и «олицетворяет надежду на будущее».

Однако такой успех ПИВТ чреват расколом таджикского общества. Этого опасается и сам Кабири. 

«У Мухиддина Кабири очень хорошие позиции в среде трудовых мигрантов в России. Если на территории РФ, где сегодня проживает примерно 45% таджикских избирателей, будут созданы нормальные условия для голосования, то можно быть уверенным в успехе оппозиции. Но проблема в том, что не все граждане Таджикистана, находящиеся в трудовой миграции в России и Казахстане, смогут проголосовать. Многие здесь находятся на нелегальном положении, а другие просто не доберутся до избирательных участков, количество которых будет весьма ограничено», – сказал «НГ» политолог, руководитель Центра «Север–Юг» Алексей Власов. 

В качестве единого кандидата от оппозиции называется также известная правозащитница Ойнихол Бобоназарова. Она стояла у истоков создания Демократической партии Таджикистана. В 1993 году Бобоназарова была задержана по обвинению в попытке государственного переворота и более месяца провела за решеткой. После освобождения работала в таджикском офисе ОБСЕ и обладает некоторыми связями с западными институтами. 
Однако, как считают эксперты, оппозиция все-таки опоздала и с объединением, а тем более с выдвижением своего кандидата, и шансы на успех в выборах у нее небольшие.

«Судя по тому, в каком режиме идет обсуждение единого кандидата, между ПИВТ и СДПТ существуют принципиальные расхождения, которые играют только на Рахмона», – сказал Алексей Власов. При этом, по его мнению, власть заранее позаботилась о беспроигрышности выборов, в целом защитив политическое поле: кто-то из оппозиционеров находится в эмиграции, кто-то под следствием, а члены ПИВТ и конкретно лидер СДПТ Рахматилло Зойиров подвергаются преследованию и давлению. Предпринимаются и обычные в постсоветском пространстве меры для предотвращения дестабилизации республики: закрыт доступ к популярным интернет-сайтам, глушатся спутниковые независимые телеканалы, а на государственных провластные пропагандисты нещадно спекулируют на минувшей гражданской войне, запугивая население тем, что любые протестные акции приведут к новым кровавым событиям.

Источник: «Независимая газета»