На фоне признания Москвой ДНР и ЛНР вновь был поднят вопрос присоединения к России и Южной Осетии. Власти республики обозначили готовность к дальнейшему сближению после двусторонних консультаций с российской стороной. Но союзники России по ЕАЭС не спешат признавать независимость республик. Впрочем, в Беларуси признания ДНР и ЛНР не исключали, а вопрос Абхазии и Южной Осетии долгое время упирался в возможные санкции Запада. Почему в новых условиях Минску выгодно признать Абхазию и Южную Осетию, в интервью «Евразия.Эксперт» разобрал директор Института нового общества Василий Колташов.

─ Василий Георгиевич, 17 июля в Южной Осетии хотели провести референдум по вопросу объединения с Россией, однако отложили его, чтобы предварительно провести консультации с Москвой. Почему вопрос сближения с Россией важен для граждан республики? Каких результатов можно ожидать от такого голосования?

─ Полагаю, что Южная Осетия проголосует за воссоединение с Россией, ведь фактически люди там уже ощущают себя в России. Тем более, многие, практически большинство, получили российское гражданство. Для них это вопрос завершения процесса, который дает немало возможностей и в целом для экономики страны, и для каждого отдельного гражданина. Ведь это причастность к большому экономическому пространству, где есть возможность себя реализовать, создать свое дело и развивать его. В пределах Южной Осетии это было бы невозможно, но в пределах гораздо большего объединения территорий, входящих в единое государство, – возможно.

В этом смысле голосование в Южной Осетии станет примером для Грузии и Армении, продемонстрировав, что есть определенная логика развития, которая предполагает, что нужно объединяться, нужно к этому стремиться и за это голосовать, если такой вопрос удается поставить. В случае с Южной Осетией это не было какой-то проблемой, но они шли к этому голосованию долго, и оно будет важным моментом.

Единая правовая система, единая система образования, возможность сделать административную карьеру в большом государстве для тех, кого это интересует, – это все возможности, которые открываются с причастностью к большому государственному единству.

─ Россия еще в 2008 г. признала независимость Южной Осетии и Абхазии. Почему был предпринят данный шаг, и насколько он оказался оправданным?

─ Признание независимости Южной Осетии и Абхазии было ответом на американское проникновение в Грузию и закрепление там. И этот шаг показывал, что Россия твердо намерена поддерживать тех, кто не считает, курс Грузии при Саакашвили правильным, и считает, что нужно быть в экономическом, культурном и политическом союзе с Россией. Поэтому признание независимости укрепляло позиции этих самопровозглашенных республик, но в то же время было частью процесса их интеграции в российскую государственную систему.

И это была демонстрация Грузии, что есть два пути. Есть путь интеграции, сотрудничества. Вы можете быть независимыми: Россия признает независимость и Южной Осетии, и Абхазии, но вы можете также держать курс на создание единого государства, на воссоединение с Россией. В этом смысле выбор за вами – вот какое послание было направлено грузинскому обществу. И мне кажется, как бы медленно это послание ни проникало, оно все-таки потихоньку начинает доходить, и экономическое развитие, которое мы еще увидим и в Абхазии, и в Южной Осетии, покажет, что выбор этих государств, сначала на отделение от Грузии, это правильный путь. Надо искать сближения с Россией, которое позволит с одной стороны сохранить культурные особенности, если они к этому стремятся, а с другой стороны, позволит людям реализовать свой потенциал.

Путь воссоединения высвобождает экономическую энергию общества, позволяет людям иметь гораздо более широкий выбор и в плане работы, и в плане карьеры, и даже с точки зрения коммерческой деятельности возможности открываются совершенно иные. Даже с точки зрения туризма, ведь российский турист сейчас будет неохотно ехать во враждебные государства, которые поддерживают санкции, или государства, которые странным образом колеблются, и где ничего непонятно. А в случае, как минимум, с Южной Осетией выгоды очевидны.

─ Несмотря на союзный статус, Беларусь не признала независимость Южной Осетии и Абхазии. Среди причин отказа белорусская сторона указывала на санкции Запада. Тем не менее, масштабные санкции настигли Беларусь по другому поводу. Есть ли смысл Минску и далее уклоняться от признания республик?

─ Мне кажется, что никаких рисков здесь нет, здесь главным образом создается недоверие в российском обществе, в государственном аппарате, в прослойке политиков, экспертов к белорусскому руководству. Да, все поддерживают борьбу против попытки переворота в Беларуси с помощью цветной революции. Все поддержали ее в 2020 г., в разной степени выматерившись при этом, поскольку то, что происходило накануне лобовой атаки Запада на Лукашенко, не поддается культурному описанию. И поэтому, несмотря на то, что было сближение, подписаны 28 союзных программ интеграции, все равно осталось недоверие: а не предаст ли нас Александр Григорьевич в какой-то момент, не обменяет ли честное отношение и поддержку его экономики ресурсами на какую-нибудь гнилую сделку с Западом, чтобы они его тут же проглотили.

Конечно, Минску нет никакого смысла уклоняться от признания. Но минская бюрократия заинтересована притормаживать интеграцию. Они всякий раз смотрят, нельзя ли сделать это хотя бы на чуть-чуть. Предполагается закулисный торг: «Еще маленький шаг в интеграцию, а что мы получим взамен?».

Игра ведется так, словно белорусская команда вообще не заинтересована ни в чем, а это абсолютно неверно, потому что она очень нуждается в этом процессе. Вопрос признания независимости, а потом и присоединения Южной Осетии и Абхазии – это вопрос, связанный с их собственной интеграцией с Россией.

В Минске чего-то опасаются, и они слишком привыкли, что считаются независимыми, что они договариваются и с Лондоном, и с Брюсселем. Привыкли маневрировать, получать ресурсы от России и не выполнять соглашения, поэтому им трудно поверить в то, что больше таких возможностей нет, а им хочется, чтобы они были. Хочется поиграть в интеграционный блеф, чтобы еще продлить это время, хотя оно ушло безвозвратно.

─ Какие выгоды принесет Беларуси признание Абхазии и Южной Осетии?

─ Для Беларуси от признания республик выгода одна – это признание того факта, что надо дальше двигаться по пути интеграции, быстрее реализовывать союзные программы интеграции и как следствие создавать стопроцентно единый рынок, на котором граждане Беларуси, белорусские предприятия получат новые возможности. Но проблема в том, что белорусские граждане и предприятия – это не субъекты, а объекты в процессе. Они очень заинтересованы в нем, но ничего не решают, потому что вопросы здесь решаются между высшими бюрократиями Беларуси и России, тем, какие выгоды получит высшая бюрократия Беларуси.

И, как мы видим, они не стремятся форсировать ничего. Даже роуминг до сих пор не отменен при поездке в Беларусь. Они просто вынуждены под давлением уже существующего процесса все же предпринимать какие-то шаги на сближение. К тому же, учитывать надо и давление Запада, который уже дал понять, что просто разорвет Беларусь, как он это сейчас делает с Украиной, ввергая ее в такую кабалу, которую себе даже представить невозможно.

Источник: «Евразия.Эксперт»