Евросоюз вводит новые санкции против Беларуси, в числе которых – экономические меры. При этом Брюссель не намерен считаться с их последствиями для простых граждан, ставя во главу угла успех «демократизации» республики. В то же время поддержка союзника Россией вызывает у западных стран «глубокую обеспокоенность».  Как санкции против Минска связаны с давлением на Москву, и что предпринимает Беларусь в ответ, в интервью «Евразия.Эксперт» оценил руководитель Центра белорусских исследований Института Европы РАН Николай Межевич.

– 8 июня в СПБГУ прошел международный круглый стол, посвященный теоретическим возможностям и практическим сложностям во внешней политике Беларуси. Как, на Беларусь повлияет усиление санкционного давления Запада?

– Действительно, санкционное давление на Республику Беларусь имеет место, отрицать это на данном этапе было бы просто смешно. Как может повлиять на экономику? В принципе, достаточно серьёзно. Если говорить о процентах падения ВВП, то думаю, что интервал от 1,5 до 3% мы можем себе предположить. С другой стороны, сегодня показатель ВВП мало что означает. Он условный, как средняя температура по больнице. Безусловно, врачи эту температуру измеряют, но смысловая часть утрачивается.

Почему? Прежде всего, понятно, что санкции против Республики Беларусь в значительной степени нивелируются российской поддержкой белорусской экономики, для чего есть вполне очевидные и понятные основания. Если мы говорим о союзных отношениях, то мы должны поддерживать своего союзника, что, в свою очередь, не исключает и определённой критики, и дискуссий по вопросам тех или иных экономических и политических сюжетов.

То, что два президента, не особо комментируя свои встречи, встречаются так часто и обсуждают вопросы так долго, свидетельствует о том, что механизмы взаимодействия нуждаются в совершенствовании, что они отрабатываются, и что это непростая задача.

Поэтому, безусловно, европейские санкции – это факт, но и российская поддержка республики – тоже факт.

– Может ли давление Запада стать стимулом для российско-белорусской интеграции?

– Как раз этот вопрос мы и обсуждали на международном круглом столе, который прошёл восьмого числа. Дело в том, что мои коллеги несколько разошлись во мнении и по степени воздействия ЕС на белорусскую экономику, и по вопросу о характере целей. В частности, прозвучал тезис о том, что воздействие на Республику Беларусь служит методом воздействия на Российскую Федерацию. То есть, теоретически при определённой ситуации и практически эти меры могут быть адресованы и нам (не Минску, а Москве).

– Новые санкции Запада против Беларуси – это временные или долгосрочные меры? Удастся ли их переждать?

– Уместно вспомнить то, как экономисты делят временные интервалы. Краткосрочный прогноз в экономике – это где-то год, иногда – полтора-два, среднесрочный – три-четыре года, долгосрочный – от семи лет. Я всё-таки пока голосую за то, что санкции будут носить краткосрочный (год-полтора-два), но никак не среднесрочный и уж тем более не долгосрочный характер потому что в основе торговли РБ с Европой лежала взаимная выгода.

Республика продавала то, что интересовало наших соседей-европейцев, и покупала у них то, что они, в свою очередь, с радостью продавали. Закон экономики заключается в том, что в условиях рынка никто никого покупать не заставляет, и, если покупались, предположим, белорусские нефтепродукты, то значит, они устраивали по качеству, по цене, по логистике доставки, по надёжности поставщика и так далее. Поэтому отказ от белорусских товаров как долгосрочный тренд я всё-таки не рассматриваю.

– В ответ на санкции против «Белавиа» будет ли целесообразно наладить сообщение Минска с Крымом?

– С моей точки зрения, для Республики Беларусь было бы правильно признать Крым частью РФ, однако нужно отметить, что я в данном случае говорю как белорус – гражданин России, а не гражданин Беларуси, и как российский, а не белорусский эксперт.

Резоны белорусской стороны мне известны и понятны, просто я, честно говоря, сейчас уже с огромным пессимизмом смотрю на политику многовекторности.

Эта политика могла быть предметом дискуссии 2 года назад, она могла обсуждаться год назад, но после того, как ситуация пришла туда, куда она пришла, вопрос многовекторности является чисто научным, но никак не практическим для деятельности МИД Республики Беларусь.

– 7 июня в Беларуси учреждён государственный праздник – День народного единства. Что за этим стоит?

– Я обсуждал этот вопрос с белорусскими коллегами несколько лет назад, и ведущие белорусские эксперты говорили о том, что это было бы правильное решение. Я их в этом горячо поддерживал и как российский эксперт, и как белорус, то есть представитель того народа, часть которого была отрезана от своей республики (Советской Беларуси) и попала в Польшу, где мы на протяжении 1920-1939 гг. наблюдали постоянную политику колонизации.

Конечно, для меня это праздник воссоединения белорусского народа в одном государстве, которое тогда называлось Советский Союз, а сегодня это Республика Беларусь. И я очень рад, что Республика Беларусь имеет границу не под Минском и Полоцком, а там, где она совпадает с этническими рубежами. Есть река Западный Буг, с одной стороны которой в абсолютном большинстве живут белорусы, а с другой, опять же в абсолютном большинстве, живут поляки.

– Можно ли провести параллель между Днем народного единства в Беларуси и одноимённым праздником в России, отмечающимся 4 ноября?

– Да, такую параллель провести можно. И для нас, и для белорусов это событие уже довольно далёкое, но и профессионалы, и просто люди с активной гражданской позицией прекрасно понимают, что бы было, если бы не было того воссоединения 1939 г. 

Источник:  «Евразия.Эксперт»