Через несколько дней после того, как российские войска перешли границу Украины 24 февраля, российская валюта рубль обрушилась. Но уже вскоре после этого обрушения ценность рубля утроилась.

Есть такое занятие: смотреть ретроспективно на развитие финансовых рынков и прикидывать, сколько бы ты мог заработать, вложившись вовремя в нужную валюту. А тут дело простое и верное: те, кто поднакопил рублей в январе 2022 года, а потом проявил выдержку и не "сбросил" их в феврале, несмотря на вызванный спецоперацией ажиотаж, - такие люди нынче разбогатели.

Необычная ситуация

В отношении доллара рубль прошел приблизительно такую же эволюцию. И это с той поправкой, что евро при этом проявляет признаки слабости в отношении зеленой американской бумажки: евро упал с уровня 1,15 доллара до 1,03 доллара за евро – и это за относительно короткий период с начала боевых действий на Украине. В итоге делаем бесспорный вывод: рубль сегодня – самая эффективная валюта. С февраля он демонстрирует рост на 50% по отношению к евро и на 45% по отношению к доллару и швейцарскому франку. То есть по отношению к валютам, которые в западном мире играют роль "тихих гаваней". Ни одна другая валюта (и уж точно не биткойн, с начала года демонстрирующий полное падение) не предлагали своим держателям такие прибыли. Получается. что, если Уолл-стрит пережила худшее свое полугодие с 1970 года, то рубль выглядит "зеленым островом" процветания в бурном океане финансовой неопределенности.

Как объяснить эту "необычную ситуацию" (выражение Джеффри Френкеля, профессора экономики в гарвардском университете).

Так вот, этим результатом мы во многом обязаны одной женщине – самой влиятельной даме России, по мнению самих россиян. Это Эльвира Набиуллина, председатель Центрального банка России. Прослужив на этом посту все время с 2013 года, эта экономистка 58 лет от роду пользуется большим уважением в кругах своих коллег-банкиров на Западе и в Азии. Причина: её грамотные действия во время кризиса 2014 года. Тогда, после аннексии Крыма, она показала себя на высоте, да и на этот раз реакция с ее стороны пришла вовремя и имела соответствующий размах.

Она не колеблясь удвоила процентную ставку ЦБ до 20%. Хотя эта мера и была болезненной для предприятий, да и для частных лиц тоже. Она тотчас же ввела драконовские меры по контролю над обменом и продажей ценных бумаг. Меры эти распространялись и на экспортеров газа и нефти, которых обязали продавать свою валютную выручку за рубли.

Известно из частных источников, что в первые дни после начала российской спецоперации Эльвира Набиуллина хотела представить Путину просьбу-заявление об отставке, но Путин не принял это прошение. Теперь Набиуллина воспринимается как "финансовый костыль" той "экономики на период войны", которая сейчас создается в Москве. Нет четкой уверенности, что ее заграничные коллеги вновь дадут ей звание "банкира года", которым ее увенчали в 2015 году. Но это никак не умаляет ее реальных заслуг. Рубль не только восстановил и улучшил свои позиции по отношению к доллару. Учетная ставка ЦБ начиная с апреля все снижается и снижается, да и контроль трансакций становится снова более или менее расслабленным. А инфляция стабилизируется: правда, на относительно высоком уровне (17% в мае), но это много меньше, чем то, что ожидалось. Особенно если учесть, что экономика в целом показывает признаки рецессии, а МВФ напророчил России сокращение ВВП на 10-15%.

С заграничными счетами Российской Федерации все получилось не так гладко: они заморожены. Тем не менее, используя феноменальный рост цен на газ и нефть (даже при 25-процентной скидке новым клиентам из-за европейского эмбарго), России удалось сделать свой платежный баланс – просто отличным. И это данные международных финансовых организаций.

Этот результат тем более впечатляет, что в этот самый момент Германия, давний чемпион мира по торговым профицитам, как раз в этом году впервые с 1991 года зафиксировала в своем текущем балансе платежей реальный (хоть и небольшой) дефицит. Он проявился в мае и касается традиционно прибыльной для ФРГ внешней торговли.

Рубль слишком силен?

Если в первой половине марта, в самом начале конфликта на Украине, обвал рубля вызывал опасения насчет падения этой валюты на международных рынках и гиперинфляции внутри страны, то сейчас российские власти, наоборот, обсуждают целесообразность или нецелесообразность государственного вмешательства в биржевые рынки с целью снизить курс рубля. Стремясь помочь ущемленным экспортерам, которые пострадали от слишком сильной валюты, Антон Силуанов, российский министр финансов, выступает за следующую меру: использовать "избыточные доходы от нефти и газа, чтобы вмешаться в валютный рынок", заявил он на недавнем собрании предпринимателей в Москве. Это как раз то, против чего открыто выступает его коллега – Максим Решетников, министр экономического развития. Он полагает, что этой меры будет недостаточно, чтобы улучшить положение, а вот риск "усугубить" ситуацию повысится.

Каким бы ни был результат экономической войны, которую сейчас де факто ведут Россия и Европа, сила рубля дает неоспоримое преимущество Москве, обладающей завидным пространством для маневра. Выражение "война валют" теряет свое первоначальное значение. Обычно им обозначают умышленное занижение курса национальной валюты страной, которая хочет увеличить свой экспорт. Отныне все не так: инфляция везде стала врагом номер один для любой страны, а время "гонки девальваций" прошло. Теперь главная задача – заставить своих конкурентов нести бремя ценовой инфляции, считает профессор Гарвардского университета Джеффри Френкель. Эту мысль он изложил в своем блоге. Лучший пример такой стратегии демонстрируется самими Соединенными Штатами, чье повышение процентной ставки Федеральным резервным банком приводит к повышению курса доллара для блага страны.

В свете этих новых реалий Европа, чья валюта не прекращает обесцениваться, выглядит загнанной в ловушку. Так, согласно расчетам экономистов Европейского центрального банка (ЕЦБ) – спад евро лишь на 1% увеличивает стоимость импорта на 0,3% в год, поднимая за собой индекс потребительских цен на 0,04%. Эта тенденция особенно ярко проявляется при росте цены энергоносителей – нефти и газа. Отмечается, что евро точно уже потерял 13% своей стоимости по отношению к американскому доллару, если брать в расчет курс последних 12 месяцев. Не стоит ли Кристин Лагард (Председателю Европейского центрального банка) поучиться у своей коллеги Эльвиры Набиуллиной? Однако, в защиту француженки, которая возглавляет ЕЦБ, стоит отметить, что управлять валютной политикой в Российской Федерации, без сомнения, гораздо проще, чем дожидаться консенсуса между 19 странами-членами еврозоны. Все они являются независимыми государствами, которые образуют просто "валютный союз". Довольно расплывчатая формула на самом деле.

Жан-Пьер Робин