2020 год для Армении выдался нелегким: к вызовам пандемии и экономического кризиса добавилось обострение в Нагорном Карабахе, а его исход пошатнул политическую стабильность внутри страны. Однако без поддержки страна не осталась: в то время как в Ереване проходят протесты армянской оппозиции, российские миротворцы помогают сторонам карабахского конфликта сохранить перемирие и восстановить разрушенную боями инфраструктуру. Как будут развиваться отношения Еревана с Москвой, и с какими вызовами Армении придется справляться в 2021 году, в интервью «Евразия.Эксперт» оценил директор Института Кавказа, политолог Александр Искандарян.

– 11 декабря в ходе саммита ЕАЭС премьер-министр Армении Никол Пашинян заявил, что формирование общего рынка газа является неотъемлемой частью экономической интеграции в рамках Союза. Что стоит за этим заявлением?

– Дело в том, что Армения почти весь свой газ получает из России. Еще Армения получает газ из Ирана, но его она использует для производства электроэнергии, которую потом продает обратно иранцам. Тот газ, который потребляется на территории Армении – это газ из России. Соответственно, цены на газ и те объемы, которые поставляются в Армению, да и режим определения этого объема – это все вопросы, очень важные для Армении, потому что цены на газ косвенно отражаются на всей экономике страны. Вот потому премьер и сказал об этом, поскольку это важно для Армении.

– С какой повесткой выступит Армения в ЕАЭС в 2021 г.? Какие направления интеграции станут приоритетными?

– Есть формат политических взаимоотношений, и есть формат взаимоотношений в области экономики. ЕАЭС – это, конечно, экономический союз, но политическое взаимодействие играет немалую роль и в этом союзе тоже. Если говорить о политике, то это уже упомянутый вопрос безопасности и всего комплекса проблем, связанных с безопасностью.

Если говорить об экономическом взаимодействии, то для Армении страны ЕАЭС (в основном, конечно, Россия) – это, прежде всего, рынок для армянских товаров, достаточно емкий и большой. Значительная часть армянского экспорта в основном идет на российский рынок. Обратно из России в Армению поступают энергоносители, и это тоже имеет значение.

– Какое развитие получат отношения Армении и России? Можно прогнозировать улучшение или, наоборот, ухудшение отношений? От каких факторов это зависит?

– Вряд ли стоит ожидать ухудшения отношений, потому что по политическим причинам очень резко изменилась ситуация вокруг Карабахского конфликта, и российские миротворцы теперь находятся вокруг Нагорного Карабаха и обеспечивают безопасность людей, которые живут там. Это напрямую связано с интересами Армении, и Армении придется взаимодействовать с Россией еще и в этой области. И вообще, причин для того, чтобы армяно-российские отношения ухудшались, нет. У Армении и России есть некоторые взаимные интересы, и развивать отношения – в интересах обеих стран.

– С какими последствиями конфликта в Нагорном Карабахе придется бороться Армении в 2021 г.? Как данный конфликт повлияет на внешнеполитическую и внутриполитическую стратегии Еревана?

– Дело в том, что ситуация в Нагорном Карабахе после окончания войны еще не пришла к той норме, в которой она будет дальше существовать. Была одна ситуация, потом была война, теперь другая ситуация.

Российские миротворцы сейчас разворачивают даже системы взаимодействия и элементарного жизнеобеспечения после войны (система должна частично восстанавливаться, а частично просто перестраиваться, потому что некоторые части НКР остались уже не под контролем властей НКР). Это и шахты, и электростанции, и места, где развивалось сельское хозяйство. Сейчас это все должно перестраиваться, и это довольно серьезная забота. Также какая-то часть домов разрушена, части беженцев некуда возвращаться: например, беженцам из южных частей НКР.

– Как конфликт в Нагорном Карабахе повлиял на расстановку союзных отношений с другими странами?

– Если говорить о ЕАЭС, то сказать, что были какие-то серьезные перипетии с Беларусью, Казахстаном и Кыргызстаном, я не могу. Что касается России, то она очень сильно участвовала в приостановке этого конфликта, и отношения с Россией в этом смысле очень важны для Армении. Другое дело, что это иная сфера: не экономика, а безопасность.

– Как Вы оцениваете влияние пандемии на экономическую ситуацию в Армении к концу 2020 г.? Какие сектора экономики требуют восстановления?

– Такие отрасли, как туризм и транспорт очень пострадали – границы с обоими нашими соседями (Грузия и Иран) в той или иной степени закрыты до сих пор. Через Грузию идет сообщение Армении с Россией, например, а через Иран – со многими другими странами. Кроме того, через Грузию идет проход к морю.

Сейчас грузы уже уходят, но поначалу с этим были трудности, а пассажирское сообщение, мягко говоря, затруднено. Все это говорит о больших проблемах в области транспорта и туризма.

Почти полностью остановлен туризм из России, Европы, Ближнего Востока, но внутренний туризм по стране есть. Авиасообщение ограничено, хотя постепенно и восстанавливается.

– Как будут развиваться отношения Армении с ЕС? Будет ли наблюдаться тренд на спад или на увеличение влияния Запада в Армении?

– Армения будет пытаться развивать отношения со всеми внешними контрагентами, с какими это возможно. Европа – один из ее важнейших торговых партнеров, также Армения – член многих европейских организаций, таких как ОБСЕ, Совет Европы. Она взаимодействует как с отдельными европейскими странами, так и с Евросоюзом в целом. Армения – член Восточного партнерства, и я думаю, что это партнерство будет оставаться важным и развиваться.

Источник: «Евразия.Эксперт»