2 сентября 1957 года в Атлантическом океане потерпел крушение грузовой парусный барк «Памир». Погибли восемьдесят моряков, а спасшихся много лет преследовали страшные картины пережитой трагедии. Специалисты до сих пор спорят о причинах катастрофы, а для нас интересна история этого парусника, так как он носит непривычное для европейцев название.

История «Памира» - в нашем материале.

Летающие  «П»

Что удивительно, никакого отношения, кроме названия, этот парусник к Таджикистану, не имеет. Барк «Pamir» немецкого происхождения. В конце XIX века по заказу германской судоходной компании «F. Laeisz» была построена серия парусников (их было 65), которые приобрели мировую популярность и получили неофициальное название «летающие «P» (английская буква «П»). Все названия этих парусников начиналось с буквы «П». Например, «Pacific», «Peru», «Panama», «Persia»,  «Princess», «Pamir»… Английские моряки, отдавая дань уважения этим судам за скорость и отвагу, с какими те огибали негостеприимный мыс Горн, называли их винджаммерами - выжимателями ветра. И они действительно оправдывали свое прозвище, оставаясь бесспорными лидерами по числу рекордных переходов под парусами на протяжении двух столетий.

В середине ХХ века славная эпоха торговых винджаммеров близилась к закату. Но находились состоятельные люди, которые переоборудовали их в учебно-грузовые суда, давая возможность легендарным парусникам обрести вторую жизнь. Так поступил и немецкий судовладелец Шливен, который в 1950 году в  Антверпенском порту Бельгии заинтересовался двумя парусниками, которых собирались разрезать на металлолом.  Это были четырехмачтовые барки «Пассат» и «Памир», которые он купил и на буксирах привез в порт Любека. Но Шливен вскоре обанкротился. В 1955 году было образовано Общество «Памир» и «Пассат», которое предназначало оба парусника для использования в качестве учебно-торговых судов для курсантов морских училищ. Кроме того, их решили поставить на дальние линии - для перевозки зерна из Аргентины в Австралию. Таким образом, им предстояло играть роль одновременно грузовых и учебных парусников. Вскоре «Памир» и «Пассат» бороздили просторы Атлантики. Грузовые и почтово-пассажирские суда всегда уступали баркам дорогу, а завидев издали их высокие мачты с гигантскими парусами, они всякий раз салютовали им протяжными гудками.

Трагедия в океане

В августе 1957 года «Памир» вышел из Буэнос-Айреса с грузом ячменя. На борту барка находились 86 человек, в том числе 52 курсанта, которым было по 16-18 лет; для них это было первое дальнее плавание.

20 сентября «Памир» шел намеченным курсом, в сторону Азорских островов. В тот же день от метеослужб было получено штормовое предупреждение: неподалеку от островов Зеленого Мыса зарождался ураган «Керри», и всем судам, которые могли оказаться в зоне его распространения, рекомендовалось изменить курс и уходить из опасного района. Курс «Памира» как раз пересекал опасную зону.

Но судовладельцев и грузополучателей это не беспокоило. Во-первых, потому, что «Памир», несмотря на возраст, отличался высокой прочностью. Во-вторых, капитаном барка был опытный человек.

Утром 21 сентября дежурный оператор на немецкой береговой радиостанции Норддейх, принял от «Памира» сигнал SOS, повторившийся затем несколько раз подряд. Барк просил помощи.

Сообщение незамедлительно передали всем судам в радиусе 500 миль от Азорских островов. Сигнал приняли на нескольких кораблях, которые изменили курс и прибыли на место бедствия. 

«Памир» - судно исключительно прочное

В Германии за поиском судна следили по радио. Феликс фон Люкнер, старый морской волк, снискавший себе славу в годы первой мировой войны, заявлял во всеуслышание, что он, как и все, решительно отказывается верить в гибель парусника. «Я лично осматривал барк, перед тем как он вышел в рейс на Буэнос-Айрес, - сказал он. - И могу подтвердить с полной ответственностью: «Памир» - судно исключительно прочное и надежное. И команда на нем - первоклассная». Подобные оптимистические высказывания, конечно же, утешали родных и близких тех, кто был на «Памире». Но уверенности в том, что парусник и его команда в безопасности, ни у кого не было.

Когда утром следующего дня море успокоилось, в поисках «Памира» теперь уже участвовало 58 кораблей и 11 американских и португальских самолетов ВМС.

Между тем, пока в море шли безуспешные поиски, в соборах и церквах Германии служили молебны во спасение душ моряков, находившихся на «Памире». Немцы жадно ловили каждое радиосообщение, поступавшее из района Атлантики, где велись поиски. Люди пытались убедить себя в том, что, раз обломки парусника до сих пор не найдены, значит, еще есть надежда: ведь огромный барк не мог исчезнуть без следа. Специалисты утверждали, что, если бы парусник затонул, на поверхности моря обнаружили бы множество разных предметов, а также ячменное зерно, составлявшее основной груз судна.

На третий день в районе бедствия стали находить шлюпки, но все они были пустыми, без единой души. 23 сентября немецкий консул на Азорских островах публично объявил, что «Памир», вероятнее всего, затонул.

Есть живые!

На четвертый день американский корабль нашел шлюпку с пятью курсантами с «Памира». Потом уже они рассказывали, что когда «Памир» оказался во власти разбушевавшейся стихии и стал неуправляемым, капитан Дибиш, стал думать не о спасении барка, а о находящихся на нем людей. Ведь, курсанты были насмерть перепуганы. Дальше события развивались настолько быстро, что на барке никто даже не успел опомниться. Дибиш, державшийся, как всегда, спокойно и уверенно, приказал выдать всем спиртное и сигареты.

Когда от страшной силы «Памир» опрокинулся, лишь десяти курсантам удалось взобраться на шлюпку. На третьи сутки их осталось пятеро. Они были уже обессилены, когда вдалеке показался американский корабль. Позже среди обломков кораблекрушения в полузатопленной шлюпке обнаружили еще одного курсанта, шестого, - последнего из оставшихся в живых с «Памира». Дальнейшие поиски ни к чему не привели. И некоторое время спустя спасатели покинули район бедствия, оставив тайну гибели «Памира» морю. В ФРГ тогда объявили трехдневный траур.

Океан ошибок не прощает

Позже было установлено, что главной причиной кораблекрушения было смещение груза. Ячмень засыпали в трюмы барка «Памир» навалом, вопреки правилам перевозки сыпучих грузов, которые необходимо размещать в трюмах, предварительно упаковав в мешки. Кроме того, некоторые капитаны упрекали Дибиша в том, что он неточно рассчитал курс судна относительно траектории урагана. По имеющимся сведениям, после катастрофы "Памира" в числе доказательств фигурировала бутылка с посланием (так называемая, "почта Нептуна"), где вся вина за происшедшее возлагалась на капитана. Однако послание было странным, многословным, явно написанное в спокойной обстановке, и морской суд в Любеке отказался рассматривать его в качестве доказательства.

"Памир" так и остался последним в мире грузовым парусником вплоть до своей гибели. О его истории написаны книги. Например, книга Юргена Ленца "Трагедия Памира".
Один из выживших, бывший кок «Памира» Карл-Отто Думмер через несколько лет после катастрофы написал две книги: «Четырёхмачтовый барк «Памир» и «Памир» - история гибели».

«Команда второпях надела спасательные жилеты и начала спускать на воду шлюпки. Около 13.00 «Памир» полностью лёг на борт, потом перевернулся кверху килем и носом вниз ушёл под воду. Шторм не стихал, вокруг вздымались волны высотой с пятиэтажный дом. Большинство из 86 человек команды лежали вповалку в спасательных шлюпках. Утлые шлюпки болтались в океане трое суток..».

По воспоминания Думмера, это были самые трудные 54 часа в жизни юных моряков с «Памира». Их мучила жажда, пили собственную мочу. У многих начались галлюцинации, сдали нервы. Некоторые «видели» быстроходные катера и самолёты спасателей, другие не могли поверить, что «Памир» утонул, звали врача. Думмер смастерил парус из подручных средств и старался поддерживать порядок, хотя в протекающей шлюпке было полно воды, а вокруг кружили акулы.

«Я был гораздо старше остальных ребят. Я не давал им засыпать, чтобы они не умерли во сне, чтобы мне не остаться одному», - рассказывал он. Думмер и ещё четверо курсантов видели, как их товарищи, потеряв разум, уходили в пучину один за другим. Последним спрыгнул в море Клаус Дрибольд. Это случилось за два с половиной часа до прихода на помощь американского «Сэксена».

Четверо из спасшихся живы до сих пор, но они не поддерживают отношений друг с другом. С тягостными воспоминаниями каждый справляется в одиночку.

Позже исследователь Зойенер изучив относящиеся к «Памиру» документы в Бременском государственном архиве, написал, что «Руководители пароходства и Общества отправили в дальнее плавание старый, разболтанный, непригодный для этого корабль под командованием неопытного капитана. Гибель «Памира» - это результат эффекта домино, который основан на приведении в действие одного губительного исходного пункта. Море не прощает легкомыслия и халатности».

«Седов» в роли «Памира»

В 2005 году немецкий режиссер Каспар Хайдельбах  снял художественный фильм «Der Untergang der Pamir» («Гибель «Памира»). Российский парусник «Седов», который в 1989 году был занесен в книгу Рекордов Гиннеса как самое большое парусное учебное судно в мире,  выступил в роли немецкого барка «Памир», а команда приняла участие в съемках. Для этого  белоснежный корпус барка «Седов» перекрасили. Потому что все парусники судоходной компании «F. Laeisz», к которой относился и «Памир», имели свои отличительные особенности: корпус каждого судна выше ватерлинии был окрашен в черный цвет, ватерлиния и фальшборт - в белый цвет, подводная часть корпуса - в красный цвет, а мачты - в желтый.

До наших дней сохранилось 4 судна: три барка из семейства летающих «P» сохранены и используются как плавучие музеи. В финском городе Мариенхамне  стоит «Pommern», в Нью-Йорке - красуется великолепный барк «Peking», в немецком городке Травемюнде - «Passat». Последнее судно  этой серии - «Padua», достался после Второй мировой войны  СССР, а потом перешел в российское судоходство и сейчас бороздит просторы океанов под названием «Крузенштерн».  Он последний действующий "выжиматель ветра", но уже не грузовой…

Источник: ИА "Азия-плюс"