В этом году 21 октября исполнилось 120 лет со дня рождения Евгения Шварца, выдающегося русского советского драматурга,прозаика, поэта, журналиста, сценариста. Его имя еще при жизни автора стало символом детства, дружбы и любви, победы добра над злом.  Написанные им пьесы-сказки и сценарии блистательных художественных фильмов вошли в сокровищницу мировой  литературы и кинематографии: «Золушка», «Марья-искусница», «Снежная королева», «Доктор Айболит», «Дракон», «Обыкновенное чудо».

Пролог

Холодным осенним утром 1943 года из красивого и очень крепкого на вид двухэтажного дома, что до сих пор стоит на улице Пушкина в Душанбе, вышел молодой мужчина, крепко сжимая в руках старый кожаный портфель. Уверенным шагом он направился в сторону Дома дехканина. Проходя по улице, он вдруг обратил внимание на чудесную ярко-красную утреннюю зарю, окрасившую первыми лучами солнца вершины далеких черных гор, освобождавшихся от мрака темной ночи.

Мужчина был писателем-сказочником. И в силу своего богатого воображения увидел, как мир из унылого и бесцветного становится ярким и красочным, а вокруг все вдруг начинает наполнять душу великолепными цветами и солнечным светом, чудесной музыкой и безграничным счастьем.

«Господи, я, кажется, так полюбил этот город, что мне будет очень тяжело прощаться с ним, -  подумал он.- Его зиму, похожую на весну; крыши кибиток, где растет трава вперемежку с одуванчиками; снег, который тает уже через час, и горы, манящие своими чудесными, почти сказочными вершинами».

Не прошло и пятнадцати минут, а мужчина уже подходил к зданию Дома дехканина, где размещался театр. Стоявший у входа режиссер театра обрадованно сказал:        

– Ну наконец, Евгений Львович! Признаться, я уже заждался, да и в зале аншлаг: все пришли послушать вашу новую пьесу.

-  Что ж, Николай Павлович, странствующий рыцарь готов встретиться с жителями города и поведать им свою историю, - шутливо ответил писатель.

Выйдя на сцену театра, писатель увидел в полумраке зала глаза собравшихся людей, смотревших на него, как открытые человеческие души, стремившиеся к свету и любви, словно чудесная музыка Баха.

И смотря прямо в эти открытые, но такие разные глаза, он произнес название новой пьесы, прозвучавшей, почти как неизбежность: «Дракон»!

Писатель читал свою пьесу удивительно мастерски, с выразительностью, граничащей с пафосом. Все действующие лица выходили у него точно живые. Когда он закончил, зал взорвался аплодисментами.

На следующий день в душанбинской газете была опубликована хвалебная заметка о новой пьесе «Дракон»,и между прочим сообщалось, что руководитель театра выехал в Москву для утверждения новой пьесы.

Сталинабад

Интересна история приезда Евгения Шварца в Душанбе. В те тяжелые и голодные военные годы Ленинградский театр комедии находился в эвакуации в Душанбе и размещался в здании театра им. Маяковского.

Главный режиссер театра Николай Павлович Акимов пригласил Евгения Львовича на работу на должность заведующего литературной частью. В своих воспоминаниях о Шварце он пишет: «За несколько месяцев работы в Душанбе, встретив очень радушный прием властей Таджикистана и большой интерес со стороны зрителей, среди которых оказалось немало наших старых ленинградцев, также эвакуированных сюда, наш театр настолько окреп после блокады и в физическом, и в творческом отношении, что я без колебаний послал вызов Шварцу. Вскоре он с женой прибыл к нам, почти такой же худой, каким мы его оставили в Ленинграде, но бодрый, радостный и горячо встреченный всем театром».

Евгений Шварц приехал в Душанбе 3 августа 1943 года, о чем свидетельствует запись в его дневнике: «И вот мы уже в Сталинабаде. Сталинабад поразил меня. Юг, масса зелени, верблюды, ослы, горы. Жара. Кажется, что солнце давит. Кажется, что если подставить под солнечные лучи чашку весов, то она опустится. Я еще как в тумане. Собираюсь писать, но делаю пока что очень мало. Хочу поездить, походить по горам».

После холодного блокадного Ленинграда, приехав в Таджикистан с крайне тяжелой степенью дистрофии, Шварц чувствует прилив сил и возвращается к творчеству.

В Душанбе Евгений Шварц написал свою лучшую пьесу-сказку «Дракон». Эта сказка стала прологом к тому самому чаемому будущему, когда все же наступит время справедливости, правды, мира и добра и светлая сторона человеческой души возьмет верх над ее темной половиной. Увы,  сразу после постановки пьеса на долгие годы  была запрещена, и лишь в 1962 году она увидела свет рампы в Ленинградском театре комедии, во времена хрущевской оттепели.

В Таджикистане у Евгения Шварца рождается новая идея - сказка «Медведь», ставшая со временем «Обыкновенным чудом» и дописанная только в 1956 году.

«Сталинабад в последнее время стал мне очень нравиться, - отмечает Евгений Шварц в своих записях накануне своего отъезда. - Несмотря на отвратительное ощущение, вызванное ругательной статьей на «Дракона» (оно улеглось через шесть-семь дней), вся весна вспоминается, как праздник. Уже в марте весна, которая, в сущности, чувствовалась всю зиму, вдруг начала сказываться так ясно, что даже не верилось…  Много друзей появилось в Сталинабаде. Когда окончательно выяснился день отъезда, стало жалко уезжать».

Покидая Душанбе весной 1944 года, Евгений Шварц записал в своем дневнике: «Когда я вспоминаю о Сталинабаде, то жалею, что мало вгляделся в него. Уж очень жил там как на станции, где пересадка. При внешней веселости, уживчивости и укладистости я встревожен, всегда у меня душа болит. Страдаю внутренней гемофилией. То, что для других царапина, меня истощает, отчего я и осторожен, стараясь ладить, уладить. Таков я был и в Сталинабаде. И не рассмотрел я в тумане и тревоге новую страну, не побывал в горах. Это - новый мир, новая жизнь, надо было постараться понять - но как? Хлопотно… Два таджика на коврике под чинарой пьют зеленый чай, степенно разговаривают, умышленно не обращают внимания на городскую суету вокруг. Они носят свой мир с собой. Может быть, и не слишком богатый, но свой».

Эпилог

В пьесе «Дракон» Евгений Шварц описал события, от которых не застрахована ни одна страна и ни один город. Многие из нас сегодня живут под властью своего «дракона». Обман, безысходность, жажда наживы, равнодушие, скепсис, отсутствие перспектив, рабское состояние людей - сегодня все это стало нашей обыденностью. И даже старый, добрый  Театр, где когда-то зрители впервые услышали «Дракона», доживает последние дни…Все как в пьесе-сказке.

Евгений Шварц - добрый сказочник, писал самые честные сказки на свете с глубоко заложенным в них смыслом. Это знали его современники и в прошлом веке, но если вдруг кто-то пожелает прочитать его чудесные сказки сегодня и понять идеи, заложенные в них, то он поразится их актуальности, созвучности нашему времени. Главное,не пугаться, а увидетьи понять подтекст, стать лучше, поверить в подлинную нужность доброты, искренности, самопожертвования, человечности.

Вот некоторые цитаты из пьесы-сказки «Дракон»:

«Мои люди очень страшные. Таких больше нигде не найдешь. Моя работа. Я их кроил. Я их, любезный мой, лично покалечил. Как требуется, так и покалечил. Человеческие души очень живучи. Разрубишь тело пополам - человек околеет. А душу разорвешь - станет послушней, и только. Нет, нет, таких душ нигде не подберешь. Только в моем городе. Безрукие души, безногие души, глухонемые души, цепные души, легавые души, окаянные души. Дырявые души, продажные души, прожженные души, мертвые души» (Дракон).

«В Чёрных горах, недалеко от хижины дровосека, есть огромная пещера. И в пещере этой лежит книга, жалобная книга, исписанная почти до конца. К ней никто не прикасается, но страница за страницей прибавляется к написанным прежним, прибавляется каждый день. Кто пишет? Мир! Горы, травы, камни, деревья, реки видят, что делают люди. Им известны, записаны все преступления преступников, все несчастья страдающих напрасно. От ветки к ветке, от капли к капле, от облака к облаку доходят до пещеры в Чёрных горах человеческие жалобы, и книга растёт... Заглянувший в эту книгу однажды не успокоится вовеки» (Ланцелот).

«Когда тебе тепло и мягко, мудрее дремать и помалкивать» (Кот).

«Деревья и те вздыхают, когда их рубят» (Ланцелот).

«Жалейте друг друга. Жалейте - и вы будете счастливы! Честное слово, это правда, чистая правда, самая чистая правда, какая есть на земле» (Ланцелот).

…Прошло более полувека со дня смерти Евгения Шварца, но его пьесы продолжают жить в нашем сложном мире, и так хочется верить, что наступит тот замечательный и смелый день, когда пьеса-сказка «Дракон» будет впервые поставлена в одном из театров города Душанбе. Словно символ сказочной победы над «драконом».

Гафур Шерматов, историк

Источник: ИА "Азия-плюс"