Влияние силового аппарата Афганистана на внутреннюю политику заметно снизилось в последние годы. Об этом говорится в новом докладе Центра изучения современного Афганистана (ЦИСА) «Особенности современной афганской элиты», авторы которого выбрали 50 наиболее влиятельных государственных деятелей страны по итогам опроса афганских политологов. Согласно результатам исследования, наибольшим политическим весом среди силовиков на сегодняшний день обладает советник Афганистана по вопросам национальной безопасности Хамдулла Мохиб, в то время менее значимыми названы руководители соответствующих структур – Министерства внутренних дел, Управления национальной безопасности, Минобороны, Генерального штаба вооружённых сил.

«Отчасти такая ситуация стала результатом противостояния между президентом Гани и главой исполнительного совета доктором Абдуллой в годы правления Правительства национального единства, – утверждают авторы доклада. – С целью усиления своих позиций глава государства урезал полномочия министров из числа сторонников Абдуллы, делегируя их своим советникам в президентском дворце Арг. В связи с этим команду Гани неоднократно обвиняли в попытках дублировать структуры власти». В общем рейтинге Мохиб занимает двенадцатую позицию – между главой группы компаний «Байят» Эхсануллой Байятом (11-е место) и новоиспеченным главой Министерства иностранных дел Афганистана Мохаммадом Ханифом Атмаром (13-я позиция).

Исследователи ЦИСА также зафиксировали признаки обновления афганского политического класса в период правления Правительства национального единства. Сравнение нынешнего рейтинга с итогами подобного исследования 2013 года говорит об изменении состава национальной элиты как минимум на 35%. «Можно предположить, что причина этой тенденции коренится в политике, проводившейся ПНЕ, – говорится в докладе ЦИСА. – В течение своего первого президентского срока президент Гани нередко в кадровых решениях ориентировался на молодежь, что отражало его убеждение в необходимости смены поколений в управленческом аппарате Афганистана. В связи с этим средний возраст министров Правительства национального единства на протяжении этого времени составлял 37 лет».

Авторы доклада отмечают, что за годы правления нынешнего правительства большинство первостепенных политических лидеров отошли от деятельности и лишились влияния, попытавшись компенсировать это наделением властными полномочиями своих родственников. Таким образом управление государственными структурами, в том числе органами безопасности, перешло в руки молодых людей. «Разумеется, политика частичного «омоложения» политической элиты не везде встречала одобрение, – признают исследователи. – К примеру, критики связывали просчеты в сфере безопасности с нахождением в руководстве соответствующих ведомств молодого поколения. Неопытность высших эшелонов власти также называлась в качестве одной из причин ослабления политического консенсуса в Афганистане».

Самым влиятельным по итогам исследования назван президент Ашраф Гани. «Он единолично противостоял всем остальным политическим лидерам и одну за другой реализовывал свои программы, – говорится в свежем докладе ЦИСА. – Помимо нейтрализации других политических игроков, нынешнему президенту до сих пор удается препятствовать осуществлению американских мирных планов в Афганистане, которые в афганском обществе не всеми воспринимаются положительно. Несмотря на противодействие со стороны внутренней и внешней оппозиции, Гани сумел провести президентские выборы».

В целом, авторы нового исследования признают факт медленных темпов ротации государственной элиты Афганистана, однако считают возможным качественные изменения «в процессе обновления высших эшелонов власти», особенно если политические противоречия между Гани и Абдуллой будут урегулированы.

Источник: Афганистан.Ру