Таджикско-кыргызскую границу продолжает лихорадить. Состояние жизни приграничных районов Таджикистана и Киргизии можно характеризовать как тлеющий костер, которому достаточно малейшего дуновения, чтобы разгореться с новой силой.

С начала 2014года на таджикско-кыргызской участке границы произошло 3 инцидента и каждая из сторон обвиняет в конфликтах друг друга.

Ферганская долина всегда была своеобразным слоеным пирогом, смешением национальных анклавов. Уже с восьмидесятых годов серьезные столкновения между таджиками и кыргызами стали повседневной обыденностью. Ну, а "парад суверенитетов" окончательно закрепил существование "ферганских анклавов" - участков земли, принадлежащих одной республике, но расположенной на территории соседней.

Примером может служить таджикский анклав Ворух, административно относящийся к Исфаринскому району Согдийской области Таджикистана. На территории площадью около 130 тысяч квадратных километров проживают более 20 тысяч человек, 95 процентов которых таджики, а 5 – киргизы.

Из 970 километров кыргызско – таджикской границы на сегодня уточнены только 503, за последние восемь лет протокольно не был закреплен ни один километр совместных границ. В итоге - регулярно вспыхивающие по несколько раз в год "кетменные войны" между кишлаками и аилами за доступ к воде, к пастбищам, из-за порядка пользования линиями электропередач и дорогами.

Решение конфликтов силовыми методами стало в анклавах уже традицией (примечательно то, что в вооруженных столкновениях принимают участие и представители государственных органов). И в Киргизии, и в Таджикистане понимают: граница нуждается в четкой демаркации. Однако власти Киргизии не только не в состоянии провести разметку, но и контролировать ситуацию на пограничных участках.

Переговоры по границе между двумя странами ведутся давно. Однако, несмотря на радужные прогнозы таджикской стороны по итогам этих встреч, в решении вопроса делимитации и демаркации границы прогресса не видно. Российский эксперт по Центральной Азии Аркадий Дубнов считает, что "в ходе таджикско-кыргызских переговоров обе стороны в первую очередь преследуют пропагандистские цели". По мнению политолога, в решении проблемы границ и приграничных территорий не заинтересованы и определенные круги среди властей двух сторон.

Если бы вопрос с границами касался только "хозяйственных споров", то мог бы быть решен достаточно просто дипломатическими усилиями Бишкека и Душанбе. Однако проблемы определения границы затрагивают интересы криминальных кланов и коррумпированных групп, сложившихся за время существования "пограничной неопределенности".

Причины приграничных конфликтов, помимо вопросов земли, водопользования и пастбищ, связаны с вопросами контроля различными группировками контрабанды, с которой связана значительная часть населения анклавов. Кто-то закупает товар, кто-то складирует, кто-то реализует.

И над всем этим – группировки, контролирующие наркотрафик. Именно они "пробивают окна" на границе, покупают таможню и пограничников, правоохранителей и администрацию приграничных районов. И именно им совсем не нужна четко установленная граница.

Для разрешения данного конфликта нужна сильная и авторитетная власть, которой, к сожалению, нет ни в Бишкеке, ни в Душанбе. Сегодня дестабилизация таджикско-кыргызских отношений, с их нерешенными вопросами спорных границ, высокой коррупцией в приграничных зонах, криминальными и политическими играми в борьбе за сферу влияния, усилением межэтнических конфликтов, экстремизма и наркотрафика, представляют серьезную угрозу безопасности всей Центральной Азии.

Пока пограничные проблемы между Таджикистаном и Киргизией не будут решаться на высшем уровне в атмосфере взаимопонимания и взаимоуступок, ни о какой стабилизации обстановки в регионе не может быть и речи.

Семен Хомут,
Центразия

Источник: "Озодагон"