14 марта 2018 г. Ангела Меркель была в четвертый раз избрана канцлером ФРГ. Она получила 364 голоса парламентариев, в то время как сформированная коалиция между ХДС/ХСС и СДПГ в сумме располагает 399 голосами в Бундестаге. Скорее всего, за А. Меркель не были готовы голосовать некоторые представители левой внутрипартийной платформы социал-демократов, а также критики канцлера из рядов правой фракции ХДС. Однако коалиция состоялась, и Германия получила новое правительство.

О том, почему процесс формирования большинства в Бундестаге столь затянулся, кто вошел в новый кабинет, и как будет выглядеть германская внешняя политика на «восточном» направлении – в материале немецкого эксперта Дмитрия Стратиевского.

Сомнения СДПГ

О своем несогласии быть в составе следующего правительства лидеры социал-демократов объявили сразу же после оглашения результатов экзит-полов в сентябре 2017 г.

Формат «широкой коалиции» со временем стал непопулярным в рядах немецких левоцентристов и их избирателей.

Стремительное падение рейтинга СДПГ и, как следствие, худший результат партии на парламентских выборах в истории ФРГ, связывался с невозможностью проводить самостоятельную, левоориентированную политику в союзе с консерваторами, утратой традиционных электоральных ниш (в Германии нередко целыми поколениями голосуют за определенную политическую силу), закостенелостью административного аппарата партии. Слово «Erneuerung» (обновление) стало главным слоганом социал-демократов. Обновление наиболее комфортно было бы проводить в роли оппозиции. Однако со временем позиция верхушки СДПГ стала трансформироваться.

Во-первых, присутствовали опасения, что в случае проведения внеочередных выборов социал-демократы получат еще более плачевный результат, чем в 2017 г., или же повторят его. После чего снова создалась бы патовая ситуация: ХДС/ХСС не готовы входить в коалицию с АдГ и Левой партией, а консультационные переговоры с СвДП и Зелеными провалились.

Во-вторых, некоторые видные социал-демократы оперировали аргументом, согласно которому только в правительстве можно будет воплотить в жизнь хотя бы некоторые пункты программы СДПГ и тем самым создать противовес «правым» силам внутри ХДС. Наконец, Федеральный президент Германии Франк-Вальтер Штайнмайер, в прошлом один из лидеров СДПГ, ныне приостановивший свое членство в партии, недвусмысленно призывал социал-демократов «проявить ответственность» перед государством и избирателями. О «политической ответственности» второй по количеству набранных голосов партии в стране во весь голос говорили и немецкие СМИ. По совокупности этих факторов 66% членов СДПГ в ходе внутрипартийного опроса дали зеленый свет новой коалиции во главе с А. Меркель.

Важным новшеством коалиционного договора между наиболее крупными партиями Германии является пункт об оценке эффективности работы правительства через два года его работы.

Это оставляет министрам от СДПГ возможность в случае возникновения политического тупика выйти из состава кабинета.

Новое правительство

Обращают на себя внимание несколько особенностей нового кабинета. Социал-демократам удалось получить в сферу своей ответственности министерство финансов. В двух прошлых правительствах эта ключевая должность внутриполитического блока сохранялась за ХДС. Новым главой Минфина стал Олаф Шольц, до недавних пор мэр Гамбурга. Именно Шольц стал и вице-канцлером. В прошлом вице-канцлером становился, как правило, руководитель МИДа.

Новая конструкция верхушки правительства говорит о внутриполитических приоритетах кабинета.

Министерство внутренних дел возглавил лидер ХСС и пока действующий премьер-министр Баварии Хорст Зеехофер, известный своим критическим отношением к решениям А. Меркель в сфере миграционной политики и приема беженцев, а также противоречиями с канцлером.

А. Меркель интегрировала в правительство двух видных политиков своей партии, которые неофициально считались ее возможными конкурентами: заместитель председателя ХДС Юлия Клекнер стала министром сельского хозяйства, а самый молодой член кабинета Йенс Шпан возглавил министерство здравоохранения. В этом традиционно проявляется политический стиль нынешнего канцлера: «связать» высокими должностями как союзников, так и возможных соперников. Во главе МИДа стал бывший министр юстиции, социал-демократ Хайко Маас. В Германии все министерские посты политические, поэтому опыт во внешней политике и работа карьерным дипломатом вовсе не является условием для получения кресла руководителя МИДа.

АдГ в роли «лидера оппозиции»

Германское законодательство, равно как и другие нормативно-правовые документы, например, регламент Бундестага, не предусматривают наличие официальной функции крупнейшей оппозиционной фракции в парламенте. Вместе с тем партия из числа политических сил, не вошедших в правительство, но набравшая наибольшее количество голосов на выборах, получает неформальный титул «лидера оппозиции» и определенные привилегии в парламентской работе. Теперь такой партией становится правопопулистская «Альтернатива для Германии», опередившая в 2017 г. либералов, «зеленых» и Левых.

Ведущие политики АдГ заявляли о «лидерстве в оппозиции» еще в январе 2018 г., когда вариант создания новой «широкой» коалиции стал наиболее вероятным. В руках АдГ уже руководство трех комитетов Бундестага.

Теперь, в соответствии с устоявшимися правилами работы германского парламента, наиболее многочисленная оппозиционная фракция получит некоторые дополнительные возможности. Например, представители «лидера оппозиции» имеют право первыми выступать после оглашения федеральным канцлером очередного обращения от имени правительства. При рассмотрении госбюджета АдГ сможет брать слово даже до выступления министров. Кроме того, само неписанное понятие «лидера оппозиции» приковывает внимание СМИ. Ныне АдГ сможет более активно работать на медийных площадках.

«Минский процесс» и отношения с Россией

Имеющаяся на данный момент информация не позволяет говорить о планируемых резких изменениях на «восточном направлении» германской политики.

Берлин и далее будет придерживаться Минских соглашений в качестве основного документа урегулирования конфликта на Донбассе.

Об этом говорит и недавнее заявление А. Меркель. Несмотря на это, вполне ожидаемо усиление критической риторики по отношению к Москве. Новый министр иностранных дел Х. Маас до сей поры редко выступал с внешнеполитическими заявлениями. Одна из ведущих немецких газет «Ди Цайт» в своем комментарии предполагает, что лидирующая роль в вопросе формирования внешнеполитической повестки дня останется за А. Меркель, в то время как Х. Маасу еще предстоит «найти свое место в новом мире». Пожалуй, наиболее известным стал его «твит» в мае 2016 г., в котором Х. Маас назвал АдГ «братьями по духу» с Владимиром Путиным, Дональдом Трампом и Реджепом Эрдоганом.

Уже назначены три новых статс-секретаря (заместители министра) от СДПГ. Вопросы, связанные с постсоветским пространством, теперь находятся в сфере компетенции Нильса Аннена, до последнего времени спикера по внешней политике парламентской фракции СДПГ. В своем интервью в марте 2017 г. Н. Аннен выразил критику поездки Х. Зеехофера в Москву и четко обозначил свои представления о будущих взаимоотношениях с Россией: отмена либо смягчение санкций возможны только после полной реализации Минских соглашений. «Это соглашение призвано обеспечить мир на востоке Украины. Раньше никакой отмены санкций быть не может, и об этом Зеехофер должен знать», – заявил Н. Аннен.

Пока вакантными остаются еще два ключевых поста, связанных с СНГ: уполномоченного Федерального правительства по России и странам Восточного партнерства и уполномоченного по региону в структуре МИДа. Исходя из опыта прошлых лет, новые назначения будут проведены довольно быстро, после чего окончательно станет понятно, кто в ближайшее время будет определять внешнеполитическую стратегию Берлина. При этом не нужно забывать, что большинство решений во внешнеполитической области принимаются консолидированно на уровне ЕС, где германская позиция важна, но не является решающей.

Источник: Eurasia Expert