Президент Ирана объявил, что международное сообщество снимает с его страны санкции.

Президент Ирана Хасан Роухани заявил в субботу, что Исламская Республика достигла соглашения с США и другими участниками переговоров относительно снятия санкций, а также отметил, что страна получит разрешение на обогащение урана. Эксперты отмечают, что в случае компромисса по ядерной программе Тегеран может стать тактическим союзником Европы и США в борьбе за стабилизацию в соседнем Ираке, который находится на грани распада.

Роухани сообщил, что Ирану удалось договориться с шестеркой международных посредников в составе России, Германии, Великобритании, Франции, Китая и США о снятии экономических санкций. При этом он отметил, что Тегеран сможет продолжить процесс обогащения урана. Исламская Республика, по его словам, собирается окончательно решить вопросы с переговорщиками до 20 июля. Комментариев со стороны официальных лиц стран «шестерки» пока не поступало.

Иранский президент, правда, не уточнил, о каком проценте обогащения урана удалось договориться.

Руководство страны неоднократно подчеркивало, что национальная ядерная программа имеет исключительно мирный характер. В то же время, по данным американского экспертного института Institute of Science and International Security, опубликованным в прошлом году, Тегеран располагает «потенциальными возможностями» для создания атомной бомбы. Ранее на переговорах речь шла о том, что Ирану может быть позволено обогащать уран только до уровня, недостаточного для производства ядерного оружия.

Белый дом неоднократно подчеркивал, что именно санкции помогли склонить Тегеран к переговорам по ядерной программе. Режим американских санкций против Ирана действует уже почти 30 лет, после того как страны разорвали дипотношения в связи с захватом студентами-исламистами посольства США в Тегеране в 1979 году. В 2012 году администрация президента Барака Обамы пошла на резкое ужесточение санкционного режима, чтобы заставить Иран отказаться от ядерной программы. Через год к нему присоединился и Европейский союз.

Санкции привели к падению иранского нефтяного экспорта на 40% в год, резкому повышению цен в стране и общему ухудшению состояния экономики. Фактически на нефтяной экспорт Ирана было наложено эмбарго. Санкции обходились Тегерану, по данным агентства Bloomberg, потерей $133 млн ежедневно.

Эмбарго способствовало избранию президентом Исламской Республики известного своими умеренными взглядами Роухани, который получил от высшего руководителя страны аятоллы Хаменеи карт-бланш на ведение переговоров с «шестеркой».

В ноябре 2013 года стороны договорились о замораживании Ираном строительства реактора, способного вырабатывать оружейный плутоний, и прекращении им монтажа новых центрифуг для обогащения урана.

После этого США пошли на ослабление санкционного режима: Тегеран получил возможность закупить у корпорации «Боинг» запчасти для имеющихся у него самолетов ее производства (за время действия санкций иранская гражданская авиация фактически прекратила существование), американские авиакомпании также заявили о скором возобновлении полетов в Иран.

Часть экспертов отмечает, что в случае, если Соединенные Штаты действительно пойдут на снятие режима санкций с Ирана, непримиримые прежде противники смогут стать тактическими союзниками в деле стабилизации ситуации в Ираке.

В последние недели там фактически возобновилась гражданская война. Боевики-исламисты из суннитской организации «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ) пытаются свергнуть правительство страны, базой поддержки которого являются шииты, дружественные Ирану.

По словам ведущего эксперта центра военного и политического анализа INEGMA в Дубае Теодора Карасика, между развитием ситуации в Ираке и достижением компромисса с Тегераном нет прямой связи, но контекст у них, безусловно, общий. По его словам, европейские страны и США остро «нуждаются в тактической помощи со стороны Ирана, так же как и помощи других стран».

«Ситуация в регионе сейчас находится в поворотной точке, потому что ИГИЛ смог достичь тактических побед за чрезвычайно короткий период», — полагает Карасик.

Аналитики телеканала «Аль-Джазира» Майкл Пизи и Тони Карон также отмечают, что ситуация в Ираке создает «дилемму» для Обамы, поскольку по отношению к иракским радикалам Тегеран и Вашингтон волей-неволей оказались по одну сторону баррикад. В своем материале эксперты приводят слова аналитика экспертного центра Centuary Foundation Майкла Ханны о том, что Соединенные Штаты и Иран — единственные союзники нынешнего премьера Ирака Нура Малики.

При этом они полагают, что в долгосрочной перспективе США не могут не учитывать и тот факт, что интересы его главного стратегического союзника в регионе — Саудовской Аравии — и Ирана расходятся кардинально. Более того, все последние годы две страны находятся в состоянии «холодной войны». И это создает Белому дому дополнительную головную боль.

Стоит отметить, что у Вашингтона и Тегерана, несмотря на десятилетия противостояния, уже есть и опыт конструктивного взаимодействия – прежде всего, в борьбе против режима талибов в Афганистане.

Интересно, что рост влияния Ирана в регионе стал одним из главных результатов американской военной операции против режима Саддама Хусейна в Ираке. Тот был злейшим противником Тегерана, с которым в 80-х годах почти десять лет вел кровопролитную войну.:

Таким образом, свергнув одного своего врага, Соединенные Штаты объективно поспособствовали усилению другого.

Источник: Газета Ру