Противники Башара Асада, спустя четыре года сопротивления в Алеппо, близки к окончательному поражению.  Ключевым фактором является поддержка сирийской армии самолетами российской боевой авиации. Операция по возвращению контроля над всем Алеппо — это триумф военного союза  России-Ирана-Сирии. 

Когда вы слышите или читаете, что «наступает сирийская армия», на самом деле, это лишь удобная форма определения воюющей стороны. Иран признает тысячи погибших добровольцев-иранцев, погибших во время сражений в Сирии. Бойцы ливанской, близкой к Тегерану группировки «Хезболлы» также вносят заметный вклад в победы сирийских правительственных войск. Слабость антиасадовского фронта состоит в полной разобщенности. Винегрет из аббревиатур, в которых даже специалисты ориентируются с трудом, имеет немного шансов вызвать симпатию глобальной аудитории в настоящий кризисный момент.

Равенства сил больше нет, после 2 тысяч бомбардировок в течение двух недель сторонники Асада получают перевес. Вплоть до 27 ноября гражданская война в Сирии основывалась на положении, что ни одна из участвующих в войне сторон не обладает достаточной силой, чтобы иметь перевес над остальными. Это положение уже два дня не действует во втором по величине городе страны Алеппо, расколотом на два лагеря с лета 2012 года между силами сторонников Башара Асада и группами его противников. В воскресенье оборона повстанцев рухнула, и правительственные ополченцы завоевали почти 40% анклава восточной части Алеппо, остававшегося вне контроля Асада.

Представьте себе этот анклав в форме цифры восемь или песочных часов, с двумя округлыми территориями, соединенными тонкой перемычкой. Проправительственные войска продвигались маневром охвата с востока на запад, в самую узкую зону, чтобы отрезать и захватить верхнюю часть «восьмерки». Для них этот маневр был несложен, потому что они уже в течение нескольких месяцев окружали весь анклав, выжидая лишь самый подходящий момент, чтобы сомкнуть окружение. Алеппо в эти дни стал самым важным сирийским фронтом, потому что происходящее там будет иметь последствия для остального хода войны в других частях Сирии и на других фронтах, например, в Дамаске, на севере Хамы и на юге, недалеко от иорданской границы, которые на данный момент не активны.

Почему же повстанцы в Алеппо проигрывают сейчас, спустя четыре года сопротивления в тяжелых условиях? Ключевым фактором, разумеется, является присутствие российских самолетов, прибывших в Сирию в сентябре 2015 года и «ретировавшихся» (но не на самом деле) после объявления «окончания миссии», сделанного Владимиром Путиным в марте этого года, вместе с сирийской авиацией они ведут безжалостную кампанию бомбардировок по восточной части Алеппо.

В ходе последней атаки, начатой сирийским правительством две недели назад, произошло около 2 тысяч воздушных атак, в которых погибли не менее 500 человек, и тысячи были ранены. Эта кампания является продолжением совместной воздушной атаки, начавшейся еще с 2015 года. Старая военная пословица «Артиллерия завоевывает, а пехота оккупирует» сегодня звучала бы так: «Бомбардировщики опустошают и изгоняют гражданское население и вооруженные группы, а солдаты на земле объявляют победу вследствие технического поражения противника».

Антиасадовские силы отвечают и бомбардируют западную часть Алеппо, используя гранатометы и ракеты, но между двумя фронтами непропорционально распределены силы, способные наносить ущерб. В долгосрочной перспективе тот, кто обладает подавляющим преимуществом в воздухе, одерживает верх. Другие два фактора, объясняющие победу, касаются времени, установленного для нападения: восточная часть Алеппо не могла оказывать длительное сопротивление, потому что в данный момент она попала в условия идеального шторма, включающего в том числе наступление зимы (которую не может пережить анклав, находящийся в осаде в течение 95 дней и имеющий запас пищи меньше, чем на неделю) и переходный политический момент в Америке между администрацией Обамы и администрацией Трампа.

Создавалось впечатление, что Обама в течение последних нескольких месяцев отрекся от сирийской проблемы, не намерен больше спасать положение и утратил средства, которые позволили бы ему оказать какое бы то ни было влияние. Трамп во время своей предвыборной кампании заявил, что занимает сторону Путина и Асада. В любом случае этот переходный период соответствует в Сирии молчанию, в котором каждый волен предложить собственный план, или, как пишет корреспондент Buzzfeed на Ближнем Востоке Борзоу Дарагахи (Borzou Daragahi), попытаться захватить как можно большую территорию.

Остается еще меньшая часть «песочных часов», однако без внешнего снабжения она повторит судьбу уже проигранной территории, хотя и нельзя сказать, когда: на это могут уйти дни или месяцы. Вчера в английском парламенте говорили о сбросах с воздуха запасов еды и медикаментов, чтобы облегчить положение находящегося в осаде населения, количество которого с точностью неизвестно, говорят, что до 200 тысяч. Но это отдаленная возможность, потому что она ставит слишком сложные политические вопросы. Вот главный: лететь медленно и низко над Алеппо — значит бросить вызов контролю воздушного пространства со стороны России.

Другой вопрос — это устойчивость — на фоне английского общественного мнения — воздушного моста в Алеппо, который в результате сыграл бы на руку и продлил жизни вооруженных формирований, связанных с «Аль-Каидой», составляющих около 10% ополченцев, по данным, предоставленным в сентябре Стаффаном де Мистурой (Staffan de Mistura), спецпосланником ООН по Сирии. Операция по возвращению контроля над всем Алеппо — это триумф совместного предприятия России-Ирана-Сирии.

Когда вы слышите или читаете, что «наступает сирийская армия», на самом деле, это лишь удобная форма определения воюющей стороны, лучшими представителями которой являются иранцы из Революционной гвардии (которые на прошлой неделе объявили о тысяче погибших в своих рядах во время сражений в Сирии) и ливанцы из «Хезболлы»  (которые тогда же, на прошлой неделе, впервые организовали встречу с российскими офицерами в Алеппо для координации сражения в городе). Кроме того, постепенно, по мере продвижения в Ираке кампании против «Исламского государства» (террористическая организация, запрещенная в России — прим. ред.), освобождаются ресурсы среди иракского шиитского ополчения, которые могут начать воевать за Асада, своего естественного союзника из-за их общего соседства с Ираном.

Два самых действенных и знаменитых сирийских отряда — «Силы Тигра» и «Ястребы пустыни» — не являются частью обычных военных подразделений и больше напоминают два ополчения, состоящих из самых верных Ассаду людей. Несмотря на свою разнородность, все эти отряды слаженно передвигаются под прикрытием беспрепятственных бомбардировок российской авиации, сирийских истребителей и вертолетов (последние обвинялись в сбрасывании бочковых бомб с хлором, который сопровождает взрывы токсической волной) и обеспечивают режиму Башара Асада позицию силы, немыслимую всего 16 месяцев назад в июне 2015 года.

С другой стороны фронта царит тотальное отчаяние. Арон Лунд (Aron Lund), непредвзятый аналитик Института Карнеги, пишет в своем анализе, звучащем как окончательный приговор вооруженным группам противников Асада, также зависящим от помощи со стороны: «Если их спонсоры решили, что не стоит спасать восточную часть Алеппо, значит, они прекратили поддерживать сирийских повстанцев, иначе сложно поверить, будто они сдали самый важный город, чтобы потом вновь захватить его в отдаленном будущем».

В воскресенье, 27 ноября, правительство Катара подчеркнуло, что даже в случае отсутствия американской поддержки повстанцам из-за победы на выборах Дональда Трампа суннитское королевство продолжит оказывать свою помощь. Слабость антиасадовского фронта состоит в полной противоположности одерживающим верх асадистам — разобщенности. Винегрет из аббревиатур, в которых даже специалисты ориентируются с трудом, имеет немного шансов вызвать симпатию глобальной аудитории в настоящий кризисный момент. Накануне, 27 ноября, только чтобы не уступать кварталы асадистам, их передали курдам, представляя, что это менее враждебные собеседники, с которыми однажды дело может дойти до переговоров.

Источник: Российское ИА "Иран.Ру"