Отношения между Турцией и Китаем после 2010 года достигли уровня стратегического партнерства и под влиянием политической воли развиваются дальше. Согласованность действий на уровне лидеров и министерств двух стран образовала несколько механизмов, которые обеспечивают диалог по вопросам двусторонних отношений, а также международной проблематики. 

Китай в настоящее время является вторым по величине импортным партнером Турции после России. В период с 2016 по 2019 год Китай инвестировал в Турцию три миллиарда долларов, планируется удвоить этот объем в течение года. Денежный китайский поток стал спасением для президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана на фоне экономических неудач на внутреннем рынке и укрепил его позиции в критические моменты. Когда турецкая лира в 2018 году обесценилась на более чем 40%, то Государственный индустриальный и промышленный банк Китая предоставил Анкаре кредит в размере 3,6 миллиарда долларов в рамках энергетических и транспортных проектов. В этом году доллар обесценился, страны боролись с негативными последствиями пандемии коронавируса, но в июне Пекин вновь вступил в игру, что позволило турецким компаниям использовать их средства для торговых платежей.

В рамках нового проекта Китая под названием «Шелковый путь» Турции было предоставлено множество средств. Все для того, чтобы Пекин получил доступ в Средиземное море. За счет этого проекта Эрдоган смог уделить особое внимание инфраструктуре и укрепил свое политическое положение в Турции. Китайская компания по экспорту и кредитному страхованию передала Фонду активов Турции пять миллиардов долларов. В Анкаре понимают важность того, что железная дорога до Китая через Тбилиси, Баку и Каспийское море начинается в турецком Карсе, а также то, что Китай владеет 65% контейнерного терминала Kumport в Стамбуле. Покупка китайским консорциумом в январе 2020 года 51% моста Султана Селима Явуза, третьего моста через пролив Босфор, показывает поддержку Китаем мега-проектов Эрдогана.

Китай передал 1,7 миллиарда долларов угольной электростанции Hunutlu в Средиземном море, которая по плану удовлетворит 3% потребностей Турции в электроэнергии. Анкара ведет переговоры о подписании соглашения с Государственной ядерной энергетической технологической компанией Китая о строительстве третьей атомной электростанции в стране.

После того как правящая турецкая Партия справедливости и развития (ПСР) настояла на повторных выборах мэра Стамбула, Центробанк Китая передал Анкаре миллиард долларов в качестве «помощи в трудный период». Этот вклад последовал в тот период, когда международные инвесторы говорили о подрыве политической и финансовой стабильности Турции. Во время встречи президента Турции Абдуллаха Гюля и премьер-министра Китая Си Цзиньпина в 2012 году между центробанками обеих стран было подписано соглашение о финансовом обмене (своп). Анкара и Пекин продлевают его каждые три года.

Этот «аттракцион невиданной щедрости» на фоне эпидемии коронавируса и уменьшения числа туристов — тема для турецкого народа чувствительная. Забыто давление китайского правительства на турок, проживающих в Синьцзян-Уйгурском автономном районе. В 2016 году Турция сделала все для выезда проживающих в ней с 2001 года уйгурских активистов. В 2017 году Анкара и Пекин подписали соглашение, предусматривающее экстрадицию преступников, даже если совершенное преступление является таковым только в одной из двух стран. В 2019 году Турция арестовала сотни уйгуров и отправила их в центры репатриации. Заявления Эрдогана по этой теме также стали более дипломатичными, изменилась форма подачи новостей, затрагивающих уйгурскую проблему, в проправительственной прессе.

Соглашений между двумя странами становится все больше и больше. Они охватывают сферу безопасности и военное сотрудничество, информационную и кибервойны. Создание турецкой баллистической ракеты Bora началось в 2017 году, за образец была взята китайская B-116, в 2019 году турецкая армия начала ее использовать в операциях против Рабочей партии Курдистана. Китайские военные приняли участие в военных учениях Турции в Эфесе в 2018 году. Доля китайских технологических систем Huawei на турецком рынке с 2017 по 2019 год выросла с 3% до 30%. Другая китайская технологическая компания ZTE приобрела 48% производителя телекоммуникационных средств Netaş в Турции в 2016 году. Эта компания управляет такими проектами, как телекоммуникационные системы аэропорта Стамбула и оцифровка национальных данных о здоровье.

На сегодня сотрудничество между Китаем и Турцией развиваются в соответствии с интересами правительств обеих стран. Анкару и Эрдогана их партнеры в Китае снабжают ресурсами, которые отчаянно необходимы в этих экономических условиях для завершения турецких мега-проектов. Еще одно столь же важное соображение заключается в том, что наличные деньги из Китая позволяют Эрдогану не обращаться за помощью к западным институтам, например, таким, как МВФ. Потому что получение кредита от Международного валютного фонда сопровождается требованиями провести реформы и ограничить безграничный контроль властей над экономикой страны.

Анкары и Пекина сближаются, потому что из-за антидемократической политики у них не так много друзей в регионе и стран Запада. Китай и Турцию соединила политика противодействия гегемонии США и международному порядку, созданному западными институтами. Пострадали от этого стратегического партнерства уйгуры и оппозиция, поскольку для их защиты необходимо существование политических систем, в которых есть права и свободы, защищенные демократическими институтами и процессами, не ставящие экономику на первый план.

Источник: ИА REGNUM